В помощь взрослым

Священномученик Владимир Богоявленский.«Беседы о православном воспитании детей»

Эта книга священномученика Владимира Богоявленского – уникальный помощник по воспитанию детей. Книга построена в виде бесед-правил, в которых святой говорит, как лучше поступать родителям для благочестивого воспитания ребенка в конкретных ситуациях, как пресекать развитие порочных наклонностей и развивать добродетели. Свято-Елиcаветинский монастырь выпустивший эту книгу, на каждой православной выставке на книге крупными буквами приклеивает надпись – «ПРОЧЕСТЬ ВСЕМ РОДИТЕЛЯМ!».
Приводим одну из статей.

О причинах дурного воспитания в наше время.

В наше время отовсюду несутся жалобы на то, что большая часть нашего юношества дурно воспитана. Сами родители нередко жалуются на неблаговоспитанность своих детей. Недостаток доброго религиозно-нравственного воспитания нашего юнейшего поколения составляет одно из величайших зол нашего времени, с которым во что бы то ни стало нужно бороться, в противном случае человечество неминуемо дойдет до окончательной гибели и нравственного разложения. Но для успешного лечения какой бы то ни было болезни прежде всего нужно узнать, где эта болезнь сосредотачивается, где ее начало, причина. Вот почему и для исправления недостатков в воспитании нашего юношества необходимо прежде всего узнать, где причина этого дурного воспитания, кто виноват в нем. И в самом деле, кто виноват в дурном воспитании нашего современного юношества?

Отвечая на поставленный вопрос кратко и прямо, необходимо сказать: родители виноваты более всего в том, что их дети дурно воспитаны. Некоторые из родителей, без сомнения, будут в этом вполне согласны со мною; но многие и очень многие из них думают и говорят, что они безукоризненно исполнили свои родительские обязанности. Так кому же вы, христианские родители, говорящие таким образом, хотите приписать причину того, что ваши дети оказываются воспитанными не так, как бы следовало?

1. Может быть, вы хотели бы в данном случае свалить все на Бога и Ему приписать эту вину? Но разве не для того Бог Отец еще в раю узаконил нерасторжимость брака, чтобы дать возможность родителям лучше исполнить свою обязанность по отношению к воспитанию своих детей?

Не для того ли Сын Божий Иисус Христос возвысил брак на степень Таинства и запечатлел его благословением Своей Церкви, дабы у вступающих в брак не было недостатка в необходимой благодати и помощи свыше при выполнении ими обязанностей брачного состояния, между которыми самая важная именно воспитание детей? А Дух Святой не для того ли очистил и освятил души ваших детей еще во Святом Крещении, дабы ослабить дурные влечения их сердца и сделать его способным ко всему доброму и благому, так что вам остается только продолжать то, для чего Он Сам уже положил основание и приготовил почву, сделав ее достаточно восприимчивою?

Следовательно, вы не можете роптать на Бога, если ваши дети не таковы, какими они должны быть. Напротив, вам оказана высочайшая помощь и всевозможное содействие, чтобы облегчить вам воспитание ваших детей. Вот почему, как некогда вопрошал Он израильский народ, так может Он с таким же правом спросить и всех христианских родителей: Что сотворю еи<е винограду моему, именно христианскому семейству, и не сотворих ему? Занеже ждат, да сотворит гроздие, сотвори же терние (Ис. 5: 4), — то есть Я ожидал, что он принесет ягоды (добрых детей), почему же он принес терние, то есть дурных детей?

2. Но, может быть, в дурном воспитании ваших детей виноваты пастыри и учители, призванные вместе с вами на это дело? Здесь я отвечу вам словами древнего нехристианского учителя (Квинтиллиана): «Дети не из школы впервые выносят дурные привычки, но они приносят их с собою в школу. Они перенимают их обыкновенно у своих родителей, которые подают им дурной пример. Здесь они видят и слышат ежедневно такие вещи, с которыми они в продолжение всей своей жизни не должны бы быть знакомы. Все это обращается у них в привычку, а потом и во вторую природу, и злосчастные малютки становятся порочными прежде, чем они начинают знать, что такое порок». Так рассуждает языческий мудрец. К сожалению, эти слова его приложимы и к нашему времени. Очень многие из детей являются в школу уже совсем испорченными и приносят с собою разного рода пороки и дурные наклонности, как-то: ложь, обман, самолюбие, строптивость, упорство и тому подобные привычки, нажитые ими в домах родителей или в уличном товариществе. Пока ученик попадет в руки учителя, он уже настолько успевает огрубеть, что учителю нужно быть слишком большим мастером в деле величайшего и труднейшего из искусств в искусстве воспитания детей, чтобы достигнуть каких-либо благих целей. В столь непродолжительное время, в течение коего дети находятся под руководством и надзором воспитателей или учителей, почти невозможно или до чрезвычайности трудно исправить то, что испорчено ранее. К этому нужно присовокупить еще то обстоятельство, что некоторые родители не хотят идти рука об руку с учителями и нередко противодействуют им и детей своих дома разубеждают в том, в чем успели убедить их школа и Церковь. Но об этом подробнее мы будем говорить после.

3. Но, может быть, вы желали бы указать причину неблаговоспитанности детей в них самих? Нет спору, что сердце человека, а следовательно, и дитяти, испорченное наследственным первородным грехом, с самого рождения его склонно более ко злу, чем к добру. Но однако дитя, по учению нашей Православной Церкви, не настолько испорчено, чтобы оно совсем не было восприимчиво для добра и чтобы его нельзя было благоразумным воспитанием с самого раннего возраста направить к добродетели. Напротив, сердце дитяти, как говорит один из святых отцов, подобно мягкому воску, на котором так же легко может запечатлеваться образ Бога, как и образ сатаны. Какой именно образ получат они, это, без сомнения, зависит от тех, которые кладут свою печать, а кладет ее не кто иной, как родители, передающие своим детям свое тело и свою душу. Но есть, скажешь ты, такие дети, которые от природы настолько наклонны бывают ко злу, что при самом умелом и бдительном воспитании их остаются неисправимыми. Совершенно справедливо, что некоторые дети появляются на свет с весьма дурными наклонностями от природы. Но откуда, спрошу я, это зло, с которым дети появляются на свет? Многие из них, без сомнения, наследуют его от своих же отцов и матерей; они, так сказать, всасывают его в себя вместе с молоком матерей. А если так, то свободны ли и в этом случае родители от вины и не следует ли повторить того, что уже сказано выше: ни одно дитя не появляется на свет настолько дурным и испорченным, чтобы его совсем нельзя было направить к добру, только бы были приложены к делу воспитания надлежащее старание и умение. Вместе с одним из древних мудрецов (Плутархом) я должен сказать: «Как ни груба и невосприимчива бывает от природы почва земли, однако при тщательном и заботливом уходе за нею и она со временем делается способною приносить обильные плоды». Если человек может достигать изумительных успехов в деле укрощения диких, неразумных зверей, то почему же для тебя, христианский отец, и для тебя, христианская мать, невозможно воспитать и обуздать твоего, хотя от природы также дикого и необузданного, но одаренного разумом сына?

Но ты, может быть, скажешь; «Мои дети были бы вполне честными, воспитанными и благонравными, но на улице и в школе они сходятся с испорченными и безнравственными детьми, под влиянием которых они грубеют, портятся и перенимают разные шалости и пороки»? Не говоря уже о пристрастии, с каким естественно каждому родителю по чувству чрезмерной любви к своим детям относиться при оценке их достоинств и качеств, я спрошу тебя, христианский отец: не твоя ли священная обязанность со всею строгостию следить за тем, чтобы дети твои не имели общения с дурными товарищами, от которых они могут портиться и развращаться? Или ты не знаешь того горя, которое Господь изрекает через пророка Иезекииля (См.: Иез. 34: 1 — 9) на тех пастырей, которые не радеют о рассеявшемся стаде и не защищают его от хищных зверей? Итак, видите, христианские родители, что и ссылкою на дурное товарищество вам нельзя извинять себя в недостатках доброго воспитания детей ваших.

Посмотрим теперь, не заключается ли причина неблагонравия и нравственной испорченности нашего юношества главным образом в испорченности духа нашего времени? Многие из родителей так действительно и думают, говоря: «Да времена-то наши стали далеко не таковы, как прежде. Прежде, когда мы были молодыми, все было совсем другое, тогда и родители имели более весу и пользовались большим доверием и почтением>>. Нельзя не согласиться с тем, что в этом есть значительная доля правды. К сожалению, настоящее время действительно таково и господствующий дух нашего времени есть дух какого-то противления, произвола и самочиния. Ни власть родительская, ни власть церковная, ни власть гражданская — ничто не сохранило у нас своей обязательной силы и значения. Утрачен авторитет старших, родителей и светского начальства, подорвано доверие к пастырям и учителям. Что этот недобрый дух времени оказывает свое растлевающее влияние преимущественно на детей и на подрастающее поколение — это факт очевидный и не подлежащий ни малейшему сомнению. Не следует ли родителям поэтому слагать с себя всякую вину в дурном воспитании детей своих? Ужели нет никакого средства идти против этого духа времени и отстранять от детей его гибельное влияние? И не в этом ли, собственно, и состоит задача домашнего воспитания? Конечно, если родители, особенно отцы, сами думают, что нельзя плыть против течения, то, понятно, они не могут предохранить от вредного его влияния и детей своих. Если отец сам увлечен новомодным просвещением и так называемым «прогрессом», если он сам нерадиво относится к своим религиозным обязанностям, сам редко посещает храм Божий, сам дозволяет себе легкомысленно и с насмешкою говорить о религиозных предметах при своих детях, то может ли он ожидать от них почтения и уважения к себе? Ибо если родители не почитают Бога и Его Церковь, то каким образом дети могут питать страх и уважение к своему отцу и к своей матери? Или если родители при детях дозволяют себе дурно говорить о духовной и светской власти и их распоряжениях, тогда и дети, естественно, потеряют уважение к родительской власти. Вот почему, если хотите вы, христианские родители, чтобы растлевающий дух времени не касался ваших детей, то искореняйте его сначала сами в себе, держитесь крепко той доброй нравственности, которую содержат христианство и Православная Церковь Христова.

Итак, видите, братия, что большая часть вины в неблаговоспитанности детей ваших ложится на вас самих и вы не можете сваливать эту вину ни на Бога, ни на учителей и законоучителей, ни на самих детей, ни, наконец, на дурной дух времени.

Таким образом, мы открыли, нашли главную причину зла, его истинный источник. А узнавши причину несчастия, легче и проще бороться с ним. Благоразумные родители! Если вы искренно осознали это, если прониклись убеждением, что дети ваши недостаточно благонравны, послушны и безукоризненны по вашей, главным образом, вине, то от вас зависит и предотвратить тяжелое несчастие нашего времени. Покайтесь пред Богом в своей вине и в глубоком раскаянии примите решимость лучше исполнять вашу обязанность по воспитанию детей и, насколько возможно, восполнить то, что опускали доселе. Да поможет вам Бог в этом намерении и да благословит ваши труды в этом благом и спасительном направлении.

Точки кипения. В чем истоки детской агрессии?
12 сентября 2012, 18:05

Автор: Наталья Станиславовна Крамаренко

Статья опубликована в православном журнале для родителей «Виноград» (№ 3(47) 2012)

В прошлом номере мы говорили о возможных причинах агрессии. В продолжение темы рассмотрим еще несколько важных моментов, касающихся особенностей психического и личностного развития, которые могут быть связаны с агрессивным поведением детей. Расскажем, на что обратить внимание родителям, если они видят, что поведение их ребенка изменилось, он стал нервным, раздражительным и даже агрессивным.
Возрастные кризисы
В детской психологии наряду с периодами спокойного, равномерного, стабильного развития ребенка выделяют и кризисные периоды. Это кризисы одного, трех, семи, тринадцати и семнадцати лет. Форма, длительность и острота протекания этого этапа жизни могут заметно различаться в зависимости от индивидуальных особенностей, социальных условий, методов воспитания в семье и педагогической системы в целом. Развитие человека в кризисном периоде происходит иначе, чем в стабильном. Именно в это время поведение ребенка отличается от привычного, в том числе может быть агрессивным.

Один из основоположников детской психологии Л.С. Выготский выделил семь признаков кризиса трех лет, но они характерны для любых переломных этапов взросления личности, могут ярко проявляться и в подростковый период.

Первый из них — негативизм, выражающийся в стремлении постоянно противоречить взрослым. Ребенок не желает выполнять просьбы родителей, говорит «нет» даже в случае, когда предпочел бы сказать «да», потому что указания исходят от взрослых. Ему важно действовать наперекор для того, чтобы выразить таким образом свое отношение к другим, доказать свою «самость».

Второй признак — упрямство. Проявляется оно в стремлении настоять на своем и нежелании отказываться от собственного решения. Важно, что ребенок не отказывается от первоначальной позиции только потому, что «должен» настоять на своем любой ценой.

Следующий симптом — строптивость, которая является, так сказать, безликой, т. е. не направлена на кого-то из взрослых конкретно, а возникает как протест против сложившегося образа жизни. Ребенок не хочет делать то, что делал раньше. Например, отказывается умываться, одеваться, идти за руку с бабушкой, ходить в школу, отказывается от режима сна и т. п. Он как бы проверяет на прочность существующие правила.

Четвертый признак — своеволие. Это своеобразное проявление самостоятельности. Ребенок хочет сам делать то, что еще пока делать не умеет, при этом категорически отказывается от помощи взрослых.

Пятый — протест-бунт. При проявлении его человек находится в постоянных ссорах с окружающими, может вести себя агрессивно по отношению к ним.

Шестой признак — симптом обесценивания. Ребенок, прежде ласковый и нежный, начинает употреблять бранные слова, ругаться, обзываться. Так же относится и к своим игрушкам, вещам — кидает их, ломает, отказывается с ними играть.

И последний, седьмой — деспотизм, чаще встречается в семьях с единственным ребенком, когда он заставляет близких удовлетворять все свои капризы, стремится к деспотическому подавлению окружающих, принуждает всю семью, что называется, «плясать под свою дудку». В противном случае родителей могут ожидать истерики с бросанием на пол, битьем руками и ногами по полу (в детском возрасте) и агрессивные проявления в сторону взрослых (в подростковом).

Безусловно, проявление этих кризисных симптомов в острой форме характерно не для всех детей. Многие хотя и обнаруживают какие-то из вышеназванных признаков поведения, но они могут выражаться более сглаженно, не в столь яркой форме.

Но как быть тем родителям, чьи дети ведут себя именно так?

Прежде всего, нужно понимать, что кризис всегда связан с потребностью детей установить со взрослыми взаимоотношения нового типа. И если агрессия ребенка обусловлена возрастным кризисом, то при правильном подходе родителей, при свое-временной перестройке отношений, соответствующих возрасту, такое поведение легко можно скорректировать.

Описанные симптомы кризиса свидетельствуют о происходящих изменениях в отношениях между ребенком и взрослым и изменении его отношения к самому себе. Проявление самостоятельности, попытки выразить собственное «Я» становятся чрезвычайно важными. Поэтому при жестком подавлении личности ребенка агрессивность может быть результатом протеста против устоявшегося «старого» типа взаимоотношений с родителями. Другими словами, агрессивность является следствием неправильного подхода к детям, отсутствия у взрослых понимания психологии взросления ребенка, становления его личности.

Семья
Еще одна причина проявления агрессивности у ребенка может быть связана с семьей, где он воспитывается, а именно — с тем, как складываются взаимоотношения в системах «родитель — родитель», «родитель — ребенок». Важнейший фактор здесь — эмоциональная атмосфера семьи.

К агрессивному поведению может привести разрушение эмоциональных связей между родителями — скандалы, конфликты, происходящие между супругами. Даже если ссоры бывают не на глазах у ребенка, а за закрытыми дверями, он чувствует изменение эмоционального фона, испытывая тревогу, страх, напряжение, страдая от психологического дискомфорта. Что уж говорить о ситуации, в которой оказывается ребенок при разводе родителей.

Разрушение эмоциональных связей в семье бывает не только в системе «родитель — родитель», но и в системе «родитель — ребенок». Например, в эмоциональном отвержении ребенка близкими взрослыми, когда к нему относятся пренебрежительно, негативно или безразлично.

Вопреки сложившемуся мнению такие отношения между родными людьми не всегда связаны с асоциальной семьей, где родители злоупотребляют алкоголем, ведут разгульный образ жизни. Подобные проблемы встречаются в семьях внешне благополучных, но где каждый член семьи существует сам по себе, родители заняты исключительно своей жизнью, работой, делами. Причем эмоциональное отвержение ребенка матерью является особенно травматичным для психики. Оно рождает страх, который влечет за собой либо неуверенность, замкнутость, тревожность, безынициативность, инфантильность, либо враждебность к окружающим, агрессивность и жестокость. При помощи таких реакций ребенок стремится изменить ситуацию, старается добиться внимания к себе.

Стиль воспитания
Следующей важной причиной детской агрессии является стиль воспитания в семье. Одинаково неблагоприятными являются и гиперопека (чрезмерная опека), и гипоопека (попустительское отношение, равнодушие, безразличие), и ситуация создания «кумира семьи» — неумеренная похвала за весьма скромные успехи, чрезмерное внимание к малейшим желаниям и побуждениям. При любом из этих стилей воспитания у детей может сформироваться агрессивность (вербальная или физическая) как «ответ» на сложившуюся систему. Если ребенок хоть раз добился своего таким способом, то вероятность повторения подобной ситуации высока. Постепенно он привыкает взаимодействовать с окружающими на таком уровне, у него вырабатывается своеобразный стереотип агрессивного поведения. При малейшем промедлении в выполнении его желаний ребенок начинает кричать, топать ногами, проявлять вербальную агрессию и вполне может применить и физическую в виде кидания игрушками, разбрасывания вещей, других предметов и т.д.

Еще одной причиной является пример родителей — агрессивный отец или мать.

Психологами доказано, что для большинства детей именно семья является основным примером агрессивного поведения. Враждебность одного из родителей по отношению к другому или родителей по отношению к детям не только деформирует саму семью, но и приводит к так называемому «циклу насилия». Дети воспроизводят такой стиль взаимоотношений сначала в процессе общения со своими братьями и сестрами, затем со сверстниками, затем при создании собственной семьи, передавая это своим детям, — так цикл замыкается. Причем особенно быстро научаются агрессивному поведению дети с наличием таких физиологических предпосылок, как холерический темперамент и повышенная эмоциональность.

То же самое происходит и в общении с чрезмерно властными родителями, стремящимися во всем управлять своим чадом, подавляя его волю и инициативу и тем самым вызывая у него тревожность и страх. Ребенок пытается защитить себя, выбирая формой защиты нападение. Его агрессия — это протест против существующего положения вещей, стремление оградить свое «Я». В результате ребенок смотрит на мир настороженно даже тогда, когда на самом деле опасности не существует. Другим итогом такого воспитания может стать подавленный, безынициативный, инфантильный и безразличный, подчиняющийся всем человек.

Ограничения в удовлетворении потребности в движении.
Встречается такое, что ребенка ограничивают в двигательной активности, запрещая ему бегать, прыгать, скакать, не позволяя выплеснуть накопившуюся энергию. Причем мотивация взрослых в данном случае может быть различной. Они объясняют это тем, что ребенок слишком шумно играет и мешает другим, слишком быстро бегает и может упасть, просто раздражает своей активностью. Но человек, особенно маленький, не может жить и нормально развиваться без движения. И если его попытки разрядиться жестко пресекаются, то рано или поздно от переизбытка энергии он может начать вести себя агрессивно.

Как помочь ребенку справиться с самим собой?
Безусловно, агрессивный человек приносит массу проблем не только окружающим, но и самому себе. Ведь, по сути, он попадает в замкнутый круг. Своими действиями настраивает окружающих против себя, что в свою очередь усиливает его протестное поведение.

Помочь ребенку справиться с таким состоянием может только взрослый — любящий, заботливый и понимающий.

В большинстве случаев грамотное, взвешенное отношение родителей к своему ребенку, их умение убеждать, объяснять возникшие ситуации и просто нормально и спокойно общаться приносит свои плоды. Поэтому от того, как реагируют взрослые на проявления агрессивности у детей, во многом зависит, закрепится ли такое поведение, станет ли чертой их характера.

Система социальных норм, принятых в обществе и прежде всего в семье, постепенно становится частью личности ребенка. Со временем малыш научится выражать свои негативные эмоции социально одобряемыми способами, не причиняя вреда ни другим, ни себе.

Большую роль здесь играет собственный пример родителей. Обычно взрослые говорят детям о том, как не надо себя вести, но не объясняют, как надо. И если такого образца у ребенка нет, то слова, скорее всего, будут не очень эффективными.

Отдельным и очень важным элементом коррекции и профилактики агрессивности у детей является развитие у них чувства сопереживания — эмпатии, сочувствия к другим.

Конечно, причин, способствующих появлению в поведении ребенка агрессивности, огромное количество. Мы рассмотрели лишь некоторые из них, наиболее часто встречающиеся. И практически все их можно устранить без помощи специалистов, имея лишь желание это сделать. Ведь часто до того, как вспышки враждебности становятся заметными всем, ребенок выражает свою потребность в изменении сложившейся системы более мягкими способами, но, поскольку они остаются незамеченными, непонятыми, он яростно старается быть услышанным теперь уже по-другому, агрессивно.

Не забудьте выключить телевизор! В чем истоки детской агрессии?
04 сентября 2012, 15:56
Автор: Наталья Станиславовна Крамаренко.

Статья опубликована в православном журнале для родителей «Виноград» (№ 2(46) март-апрель 2012).
Всякая жестокость происходит от душевной черствости и слабости.
Сенека

Дети способны перенимать агрессивное поведение других людей, попросту наблюдая за их действиями. Как долго могут продержаться усвоенные агрессивные тенденции – несколько дней или несколько месяцев? Если ребенок видит по телевизору сцену агрессии, то насколько долго он сохранит ее?
Круг замкнулся.
Гадкие и мерзкие по своей жестокости сюжеты из новостных передач, от которых мороз по коже, постоянно мелькают перед нашими глазами — здоровенные лбы класса из восьмого или девятого издеваются над пожилой учительницей физкультуры; девочки-школьницы пинают свою одноклассницу ногами в живот, бьют чем придется по голове; приемные родители заморили голодом усыновленного ребенка; скинхэды забили до смерти подростка за его национальность; мальчики-подростки испытывают на почти девяностолетнем старике пытки, о которых прочитали в интернете… И так — практически каждый день. Проявления человеческой агрессии и жестокости не знает границ. Как ни прискорбно, но все это происходит вокруг нас, в нашей жизни, в нашем обществе, с нашими людьми.

Количество исследований, изучающих агрессивные формы поведения, за последние 15 лет черезвычайно возросло. За 10 лет, с 1964 по 1973 г., на эту тему появилось в три раза больше публикаций, чем за три предыдущих десятилетия; а в период с 1970 по 1976 г. было опубликовано более 1200 работ. Думается, что на сегодняшний день эти цифры увеличились в десятки раз.

У всемирно известного датского художника-карикатуриста Херлуфа Бидструпа есть замечательный комикс под названием «Круг замкнулся». На картинках последовательно изображены: босс, который кричит на подчиненного, тот — на свою секретаршу, она — на сотрудницу, сотрудница — на своего сына, сын пинает собаку, а собака кусает боса, идущего по улице. Круг замкнулся, агрессия вернулась к своему первоисточнику.
Агрессия и жестокость.
Говоря об агрессии, мы обычно понимаем ее как умышленное причинение вреда кому-либо. В психологии существуют различные классификации агрессии, среди которых вербальная, физическая, аутоагрессия (направлена на себя) и др. Агрессивное поведение предполагает способность человека к враждебным действиям, готовность нападать и наносить вред людям и окружающему миру. Таким образом, агрессивное поведение является специфической формой, демонстрирующей превосходство в силе.

По словам известного психолога Х. Хекхаузена, слово «агрессия» в обыденном языке означает разнообразные действия, которые нарушают физическую или психическую целостность другого человека или группы людей, наносят ему материальный ущерб, препятствуют его интересам или ведут к его уничтожению. Именно такой антисоциальный оттенок этого слова позволяет отнести к одной и той же категории столь различные явления, как детская ссора и война, упреки и убийство, наказание и бандитское нападение.
Эксперимент с Бобо.
С точки зрения воспитания интересны несколько знаменитых психологических экспериментов по изучению природы и причин агрессивного поведения.

Одним из первых в этой области был Альберт Бандура, который попытался прийти к объяснению истоков агрессии. В своем исследовании он и его соавторы Д. Росс и Ш. Росс предположили, что агрессия является одним из типов поведения, которому можно научить через подражание, имитирование ребенком действий взрослого. В эксперименте принимали участие дошкольники от 3 до 5 лет, и двое взрослых — мужчина и женщина, выполняли роль модели. Вопрос состоял в том, будут ли дети, наблюдавшие агрессию в одной ситуации, вести себя агрессивно в другой, даже если агрессивная модель (взрослый) уже не будет присутствовать в ней. Другими словами, будут ли дети копировать увиденное агрессивное поведение взрослых.

Этот эксперимент называется Бобо, так как в нем использовалась кукла с внешностью клоуна Бобо.

Суть исследования заключалась в следующем. Каждый из детей помещался в игровую комнату с «агрессивными» и «неагрессивными» условиями. В «неагрессивных» условиях игровой комнаты ребенок видел, как взрослый (модель) играет с различными игрушками и игнорирует куклу Бобо. В «агрессивных» условиях модель уделяла другим игрушкам минимум времени, а затем начинала бить куклу Бобо: кулаком по носу, деревянным молотком по голове, подбрасывала куклу вверх и, пиная, гоняла ее по всей комнате. Эта ситуация сопровождалась вербальной агрессией, фразами, такими как: «Влеплю ему по носу», «Свалю его с ног», «Брошу его вверх», «Пну его». (По сути, в эксперименте повторялось все то, что современные дети XXI века бесконечно видят по телевизору). Через 10 минут ребенок отправлялся в другую комнату с игрушками. Там у детей измеряли уровень агрессии.

Оказалось, что дошкольники из «агрессивной» комнаты чаще перенимали поведение взрослых. Их агрессия проявлялась именно в том виде, в каком они ее наблюдали, кроме того, дети били молотком и по различным предметам в комнате. Что касается половых различий, то мальчики чаще были готовы прибегнуть к физической агрессии, чем девочки. При этом по количеству вербальной — разницы выявлено не было.

Эксперимент показал, что дети могут перенять агрессивное поведение всего лишь наблюдая за действиями другого человека, и начинают применять его в новых условиях, в ситуациях, где отсутствуют агрессивные люди. Кроме того, они способны откладывать проявление увиденного на потом, т.е. в более поздний период времени. В исследовании А. Бандуры, этот «момент» наступал в тот же день, но само открытие этого факта подняло важнейший вопрос: как долго по времени продержатся агрессивные тенденции — несколько дней или несколько месяцев? Если ребенок видит по телевизору сцену агрессии, то насколько долго он сохранит ее?

Интересно еще одно исследование А. Бандура в котором он рассматривал влияния телевизионных агрессивных моделей на поведение детей.
Эксперимент с телевизионной агрессией.
В этом эксперименте дошкольники наблюдали человека (модель), демонстрирующего агрессивное поведение по телевизору. Исследователя интересовал вопрос: что произойдет, если ребенок увидит, к каким последствиям для агрессора приведут его агрессивные действия. На этот раз модель либо наказывали за избиение куклы Бобо, либо вознаграждали, либо игнорировали. Результаты показали, что дети, наблюдавшие телевизионную модель, которую вознаграждали за агрессивное поведение, были более склонны вести себя подобным образом.

Исследования А. Бандуры подтвердили, что телевидение может служить мощным средством передачи агрессивных действий. Важно, что негативные последствия не всегда проявляются сразу, т.к. воспринятые модели поведения сохраняются в опыте личности и могут отразиться в будущем.

Контраргументы к рассмотренному исследованию являются следующие. Далеко не все дети, смотрящие передачи с агрессивными сценами, демонстрируют враждебное поведение. Миллионы подростков играют в агрессивные компьютерные игры, смотрят такие же передачи и при этом не уничтожают своих одноклассников. Но, как отмечает У. Диксон, это еще не означает, что увиденное не оказало никакого воздействия на их поведение. Может быть, поиграв в агрессивную игру, они «пнули собаку или были несколько бесцеремонны со своими родителями. И тысячи детей по стране, возможно, ежедневно отрабатывают причудливые и опасные приемы борьбы на своих маленьких братьях и сестрах, при этом не убивая и не калеча их». Вслед за У. Диксоном заметим, что примеры с расстрелами одноклассников и учителей в американских и европейских школах в наши дни говорят о том, что последствия и одного такого «нехарактерного» случая на несколько сотен или тысяч бывают ужасными.

Стоит ли прислушаться к доводам современной науки о том, что компьютерные игры, содержащие элементы агрессивного поведения не представляют большой опасности для подростков, т.к. они помогают ему «выплеснуть» накопившуюся агрессию в игровых условиях, решать, видимо каждому родителю. Как видим, данная сфера остается недостаточно изученной и до сих пор. Однако Американская академия педиатров рекомендует родителям ограждать своих детей от любых телевизионных программ до достижения ими двух лет. А еще лучше контролировать просмотр передач, как минимум, до подросткового возраста.

Хочется отметить еще один существенный момент. Агрессивное или асоциальное поведение копируется так же успешно, как и положительное. Поэтому важно рассказывать детям о хорошем и добром, показывать пример сочувствия и терпимости к окружающим, обсуждать хорошие книги, смотреть вместе хорошие фильмы, проводить семьей побольше времени. И тогда в их душе не останется места для жестокости, бессердечия и бесчеловечности.

Наши дети и информация: Как не утонуть?
18 августа 2011, 22:25
Автор: протоиерей Андрей Ткачев, настоятель храма прп. Агапита Печерского (г. Киев).

В одной из лекций, прочитанных подросткам, Марк Твен сказал: Мафусаил жил 969 лет. Вы, дорогие мальчики и девочки, в следующие десять лет увидите больше, чем видел Мафусаил за всю свою жизнь.

Это было сказано до появления телевизора и глобальной компьютерной сети. Но уже были газеты и радио. Средства массовой информации если и не казались всесильными, то уже заслужили имя «четвертой власти». Сегодня эти слова и понятнее, и справедливее, чем в те дни, когда были произнесены. Тогда они казались больше остротой, очередной твеновской остротой. Сегодня это – оправдавшийся диагноз болезни, прогрессирующей и уже зашедшей дальше, чем предполагал самый смелый шутник 19-го столетия.

На человека сваливаются, проливаются, высыпаются огромные объемы информации, которые раздавливают, топят, погребают его под собою. Сохранить психическое здоровье и нервную уравновешенность становится делом чрезвычайной трудности.

Например, музыка. Это очень специфический вид концентрированной информации, при потреблении которой за малое время душа впитывает огромное количество неосознанных эмоций и растворенных в мелодии мыслей. В городах музыка вездесуща и почти однообразна. Она – в салонах магазинов, в маршрутных такси, в кафе и ресторанах.

Мало того, словно подчеркивая абсурд, как люди, на середине реки просящие стакан воды, на каждом шагу встречаются юноши и девушки со вставленными в уши наушниками. Через них из карманных плееров и мобильных телефонов, отрезая звуки окружающего мира, звучит «своя» музыка, напоминающая чаще всего гармонический шум с добавкой речитативного текста. Это клиническая ситуация, и то, что мы не кричим «караул», говорит о том, что мы тоже больны.

Свобода слова и информации. Везде газеты и книги, везде музыка, везде новости. Но именно при таком раскладе человеку и угрожает возможность не прочитать ничего дельного, не услышать ничего красивого, не узнать ничего истинного.

Человек умирает от голода, и эти простые слова ни для кого не являются секретом. Но человек умирает и от обжорства, а об этом извращении уже знает не каждый. Лесков в повести «Смех и горе» описывает случаи смерти крестьян на строительстве железной дороги от объедения. Кормили их на этой тяжелой работе хорошо, так, как они в своих семьях есть не привыкли. Вот народ и стал от неумения с пищей обращаться ноги вытягивать.

«С месяц тому назад сразу шесть вытянулись: два брата как друг против друга сидели, евши кашу, так оба и покатились. Вскрывал их фельдшер: в желудке каша, в пищеводе каша, в глотке каша и во рту каша; а остальные, которые переносят, жалуются: «Мы, бают, твоя милость, с сытости стали падать, работать не можем»

— Ну, и чем же вы им помогли? Любопытно знать.

— Велел их вполобеда отгонять от котла палками. Подрядчик этого не смел; но они сами из себя трех разгонщиков выбрали, и смертность уменьшилась»(глава шестидесятая)
То, что было в девятнадцатом веке с едой, теперь происходит с информацией. «Вскрой» современного человека, и точно найдешь его набитым «информационной кашей». Чужие мысли, не переваренные мнения, обрывки фраз, слухов, мелодий и впечатлений. Одним словом: «в желудке каша, в пищеводе каша, в глотке каша и во рту каша». И ничего серьезного, глубокого, выстраданного. Лишь только человек, переживший боль, имеющий опыт страданий, поражений, борьбы, способен отшелушить от себя все наносное, случайное и смотреть на мир умным и неторопливым взором. Воистину, поневоле согласишься с тяжелой мыслью о том, что если бы не страдания, остался бы человек дурак дураком и был бы вовсе бесполезен.

Но все это касается взрослых. А дети? Не ждать же нам, когда они поумнеют через беду? Да и несносно родительскому сердцу думать, что иначе как через боль дети его ума не наберутся. Тогда нужно постараться дать человеку ориентиры и критерии.

По сути это то, о чем писал Маяковский в своем «советском Добротолюбии» – «Что такое хорошо и что такое плохо». Там он дает устами папы маленькому человеку простейшие и твердые нравственные ориентиры. Нам предстоит подумать, как такие ориентиры дать в отношении мысленной пищи, то есть искусства и всякой иной информации.

Человеческий мир – это мир нравственных и эстетических оценок. Как стыдно человеку жевать из корыта месиво, приготовленное для скота, так же должно быть стыдно некритично и без разбору относиться к книгам, музыке, моде, новостям.

И тут на память приходит прозорливый совет некоторых Оптинских старцев относительно воспитания детей. Совет заключался в том, что надо ребенку привить хороший вкус к литературе, живописи и музыке. Иначе, дескать, скоро под именем искусства человеку такую гадость предложат, что он ею отравится, если внутрь примет.

Слова эти исполнились в точности. Под именем искусства человеку уже очень давно предлагают истинную отраву. И противоядие должно заключаться в попытке привития молодой душе хорошего вкуса, так чтобы его воротило и гнало прочь с отвращением от бесовской эстетики и плоских подделок под гениальность.

Наши помощники – музеи и театры, выставки и концерты, классика литературы и классика кинематографа. Это наши друзья. Поскольку и так люди будут смотреть и слушать, будут впитывать душой немереные гигабайты информации, нужно постараться выстроить внутри души человеческой защитные стены хорошего вкуса, сложенные из точно подобранных блоков и камней настоящих произведений литературы и искусства.

Самое время перейти к именам и произведениям. Но то дело вкуса воспитателей и учителей. Сокровищ накоплено столько, что всем овладеть не сможет самый титанический ум. Советы и рецепты, имена авторов и произведений могут и должны быть разными. Но принцип должен соблюстись: прививать вкус к хорошему и красивому через произведения, прошедшие испытание временем, доказавшие таким образом свою вневременную ценность. И так спасаться от объедения пошлостью.

Кстати, слышал однажды, что специалистов по отличению поддельных банкнот от настоящих в Штатах когда-то учили так. Им не совали под нос сотни разных подделок, но учили хорошо распознавать настоящую купюру: на хруст, на ощупь, на плотность бумаги, на просвечивание. Словом, на сотни разных характеристик. А уже потом давали подделки и просили определить, что не так. Примерно в том же ключе стоит поступать и нам: знакомить молодого человека с вечными образцами, чтобы затем он отличал пошлые подделки и уходил от них.

Мы не спасем ничьи уши и глаза, в том числе и свои собственные, от потоков информационного мусора. Но мы обязаны помочь человеку воспитать вкус, чтобы затем самостоятельно ограждаться от дешевой нечисти и с открытыми глазами отстаивать чистоту своего душевного дома. Это одна из наших задач, господа родители, педагоги, духовники и отцы нации. Не отворачивайтесь от этой задачи, пожалуйста.
Источник:Православие и мир.

Игрушка в жизни ребенка.
07 декабря 2010, 18:16
Автор:Ирина Рогалёва.

Первая игрушка, попавшая в руки нашего малыша, кажется нам делом обыденным и не серьезным; дали ему занятие и ладно. Но так ли это на самом деле?

Как пишет прот. Андрей Кононов: « Игрушка – это средство познания и вживания в мир. В детских руках она может стать райской веточкой или соблазнительным плодом с запретного древа. Игрушка – первая единица культуры, самая древняя ее часть. По ней можно определить – душа человека возводится к вечности или удаляется от нее». Без нее душевно обеднеют, утратят какое-то важное переживание для сердца и дети и родители.

Вы, наверное, заметили, что в отличие от импортных монстров народная игрушка не бывает уродливой, пугающей. Игрушечный медведь – это не зверь, способный пожрать человека, а сильный младший друг, дарованный Богом человеку во владычество. Мальчик сжимает лук и на земле рождается охотник, берет в руки пистолет и появляется защитник Родины. Возьмем другой пример. В игровой комнате на столике лежат кукла Барби и дымковская барыня. Это два непересекающихся мира, два совершенно обособленных состояния души: гордость и смирение, праздность и праздничность.

Девочка взяла в руки красотку, и весь мир становится для нее жизненной сферой «высокой моды», миром Барби – куколки. «На наших глазах архетип материнства незаметно подменяется архетипом блуда». Он освещается, проживается, созерцается через аутичный взгляд Барби. Но вот девочка любуется дымковской горожанкой, и уходит образ барбианского мира, сердце погружается в иную, пасхально-материальную икону бытия

Ящик игрушек для детей – это потенциальные миры, к которым он приобщается. А то, чем он будет заполнен, зависит от нас.

Сегодня от изобилия игрушек голова идет кругом – куклы всех размеров, машины, динозавры, конструкторы, трансформеры, монстры, гигантские мягкие зайцы… постепенно все они перебираются в наши дома, к нашим детям. И вот уже вчерашний добрый мальчик Сашенька, напялив на лицо кровавую маску, купленную «ради смеха» его папой, чуть не до смерти пугает родную бабушку, искренне радуясь ее испугу. А в магазине продавщицы спокойно смотрят, как пятилетняя Леночка с воплями требует у мамы детскую косметику. И мама покупает, потому что купить проще, чем объяснять.

«…Современную фабричную игрушку, несущую в себе откровенный вред детской душе и психике можно разбить на три группы. Первая – некрофильная (некрофилия – любовь к трупам, к смерти) игрушка. Это не «бесовская», а неплодоносящая, вымороченная, технократическая игрушка. К ней относятся трансформеры, динозавры, монстры из фильмов ужасов, все возможные кровавые маски, навороченые сияющие машины с радиоуправлением, вопилки и мигалки, плюшевые зверьки, начиненные электроникой, пластиковые копии современного оружия. Вторая – виртуальная игрушка. Сюда входят тамогочи, тетрисы, компьютерные игры, в общем все, что связанно с электронной виртуальной сферой. И третья группа – это рекламно-идеальная или псевдобожественная игрушка. В этот вид вписываются все Барби мужского и женского рода со своей атрибутикой…»

Во что же играть нашим детям? Наверное, в те же игрушки, в какие играли и мы – в кукол с милыми детскими лицами, в добрых мягких зверюшек, в кубики и конструкторы и т.д.

Просто надо вдумчиво выбирать игрушку в подарок ребенку, следить, что бы игрушек не было слишком много, что бы все они приносили определенную пользу душе и, конечно же, играть в игрушки ВМЕСТЕ с ребенком. И тогда у вашего малыша появится кукла-подруга или друг-медвежонок, которого он будет бережно хранить до самой старости.

Практически все мы сегодня причитаем и горюем о молодом поколении, клеймим его бездуховностью, эгоизмом, жестокостью, забывая о том, что сами и посеяли семена этих плевел в душах наших детей. Разве мы не знали, что в воспитании ребенка нет мелочей, что от каждого нашего слова, взгляда, зависит его будущее, что младенца надо кормить грудным молоком, а не импортным детским питанием, что надо покупать ребенку игрушки не те, которые нравятся нам, не доигравшим в красивые куклы и машинки, а те, которые помогут ему сначала правильно осмыслить окружающий мир, а затем и найти свое место в нем. Не в качестве бездушного потребителя, а разумным, трудолюбивым созидателем.

Игрушки – союзники или враги в сражении за души наших детей?
08 ноября 2010, 14:10
Автор:Ирина Рогалёва

Многие родители даже не задумываются о том, какую роль играют игрушки в воспитании детей.

Игрушка появляется в жизни ребенка буквально «с пеленок», поэтому является очень удобным объектом для воздействия на его душу. Она раскрывает свойства детской души, вводит ребенка в мир сложных человеческих отношений, готовит к будущей семейной жизни, учит дружбе, любви, приучает к труду. Можно с уверенностью сказать, что способность к игре, как к обучающему фактору, была изначально заложена в нас Господом.

В старые времена люди хорошо понимали значение игры для передачи опыта от поколения к поколению. Даже в самых бедных семьях у детей были игрушки. Иногда куклой могло быть просто завернутое в тряпицы полено, с которым девочка играла в дочки-матери. Мало кто знает, что на Руси в приданое девушке полагалась корзина с куклами.

Хочется также упомянуть о том, что воспитанные в скромности великие княжны предпочитали играть в простые куклы, одетые в костюмы разных народов России, хотя у них были и дорогие куклы в великолепных нарядах Любимыми игрушками цесаревича были солдатики. Он устраивал с ними войны, маневры и парады. Уже в играх царские дети знакомились со славной историей своей страны, готовились к своему будущему предназначению.

Игра для детей – жизненная необходимость. Однако сегодняшние мальчики и девочки играют все меньше. Как-то незаметно прервалась цепь передачи игровой традиции от одного детского поколения другому. В мире уже начинают бить тревогу по поводу игрового кризиса. Почти исчезли групповые игры. Большинство наших детей вряд ли могут сказать, что за игра «Лапта» или «Казаки-разбойники». Изменилась и сама суть детской игры. Она стала агрессивной и индивидуалистичной.

Прот. Андрей Кононов, который занимается поставленной проблемой, пишет: «…игрушка в детских руках может стать райской веточкой или плодом с запретного древа. … Вот на столе лежит кукла Барби и дымковская барыня. Это два непересекающихся мира, два разных состояния души. Гордость и смирение. Праздность и праздничность. Девочка взяла в руки красотку, и весь мир для нее становится темой высокой моды. Он освещается, проживается, созерцается через аутичный взгляд Барби». Еще более резко обозначила проблему с Барби психолог Вера Абраменкова: «На наших глазах архетип материнства незаметно подменяется архетипом блуда».

Недавно вся Америка отмечала 50-летие со дня появления на свет Барби. Кукла-монстр родилась 9 марта – в день усекновения главы Иоанна Предтечи!!! Сколько же урона детским душам успела нанести она за эти годы.

Сегодня от изобилия игрушек голова идет кругом. Но многие из них приносят откровенный вред детской душе и психике. Прот. Андрей разделил опасные игрушки на три группы: некрофильная, виртуальная и рекламно-идеальная. К некрофильным игрушкам относятся трансформеры, монстры, динозавры, кровавые маски. Виртуальные – это тамогочи, тетрисы, компьютерные игры. Рекламно-идеальная игрушка включает в себя всех «Барби» мужского и женского рода с их атрибутикой.

Как отмечают психологи, игрушки из этих групп свидетельствуют о страшных болезненных изменениях детского мира. В детском сознании появились сдвиги, выражающиеся в преувеличенном внимании к деньгам, к культу силы, к агрессии и разрушению, к романтике криминальной жизни. Нарастает тенденция к мотивам смерти, к циничному отношению к интимной стороне жизни. Но самое страшное – через все органы чувств происходит демонизация детского сознания, приручение детей к бесовским образам. И детям это становится интересно, им это нравится. Постепенно эти игрушки перебираются в наши дома. И покупают их сами родители, бабушки и дедушки.

Во что же играть нашим детям? Чтобы не навредить ребенку надо вдумчиво выбирать игрушки, следить, чтобы их не было слишком много. Помнить о том, что они должны приносить определенную пользу душе.И конечно же, играть в игрушки вместе с ребенком.
Всем родителям и воспитателям мы советуем найти и прочитать статьи и книги священника Андрея Кононова и психолога Веры Абраменковой, которые серьезно занимаются проблемой игрушек и игр.

Мультик — опасная зона!
22 июня 2002, 12:28
Александр Богатырев

Ребенок, помимо агрессии, страха, откровенного антиэстетизма, получает ложную и очень опасную информацию об «устройстве мира».

За последнее десятилетие вместе с изменением социально-политической системы в России произошло одно изменение, на которое взрослые, в силу этой самой своей взрослости, не обратили должного внимания. Коренным образом изменился мир ребенка. Родители, дедушки и бабушки современных детей появились на свет, когда мир детства был в основном таким же, как сто, двести, и тысячу лет назад. И в бедных, и в богатых семьях детей любили, им отдавали самое лучшее, рассказывали добрые сказки, ограждали от трудностей и проблем взрослого мира.

А мир этот казался детям удивительным и загадочным. В него хотелось поскорее попасть.

«Вот когда я вырасту…» — этими словами начиналась греза о будущей жизни каждого мальчишки и каждой девчонки. О жизни, которая не могла быть никакой иной, как только прекрасной…

Ведь взрослый человек все знает и все умеет. Милиционер был добрым и очень высоким. Все знали его по имени. Это был дядя Степа. Он и через дорогу переведет, и домой приведет, если заблудишься. А если — не дай Бог — в доме пожар, так и из огня вытащит…

Взрослые ходили на работу. И все знали, что всякая работа важна, нужна и почетна. «Папы всякие нужны», будь он военный, слесарь, пожарник, инженер или кабинетный ученый…

По воскресеньям детей водили в кино. Это был мир героев сказок или ребят, которые старались перещеголять друг друга в исполнении детских добродетелей: помочь одинокой старушке, двоечнику, позорящему класс, урезонить драчуна и грубияна…

Добродетели были наивны и милы, а пороки вовсе не страшными. Хулиган был нелепой аномалией, затесавшейся в чудную компанию. Перевоспитать его не стоило большого труда. Ведь он, бедняга, полагал, что хулиганом быть эффектно и выгодно. Нужно было лишь доказать ему его неправоту. Лучше всего это удавалось красивой отличнице. Несколько уроков презрительного невнимания и хулиган на глазах превращался в лучшего математика в классе и лучшего спортсмена во всем городе.

Но вершиной блаженства были «мультики». Это был мир воплощенной красоты очаровательных белочек с длинными ресницами и пушистыми хвостами, трогательных зайчат, трудолюбивых бобров, мудрых оленей, сильных и добрых медведей, всегда готовых придти на выручку слабым.

В этом сказочном мире злодеи — волки и лисы всегда оказывались посрамленными и наказанными.

Они были жалкими и нелепыми существами на фоне торжествующего дружного и веселого братства милых зверушек.

Их голоса были похожи на голоса любимых сестер и братьев. Рисованные старики и старухи говорили ласковыми голосами родных бабушек и дедушек.

Никому и в голову не приходило, что трусливого и хвастливого зайчонка может по-настоящему съесть серый разбойник-волк. Единственным персонажем, наказанным за свою самонадеянность и неуважение к старшим, был Колобок. Но и его лиса ухитрилась съесть предельно деликатно, без «расчлененки» и сцен насилия.

Представить, что мультик может быть недобрым, было не возможно. Страшные персонажи, наподобие Снежной Королевы или злой мачехи-колдуньи из «Сказки о Мертвой Царевне», были не более зловещи, чем ведущая программы «Слабое звено». А Баба-Яга и Кощей Бессмертный были глупы, смешны, беспомощны и совершенно не страшны. Они обязательно проигрывали при встрече с мужеством, бесстрашием и настоящей любовью.

Не было тогда драматургов, которые бы осмелились утверждать, что «ребенок должен знать правду жизни». А жизнь была ох как далека от идеального мира кино. Взрослые дяди осиротили полстраны, но детей все же оберегали от «правды жизни» и в самые страшные годы…

При том, что в детском кино было много идеологических установок и морализаторства, авторы все же понимали, для кого работали.

Все дышало любовью и трогательной заботой о детях. Фильмы о хороших пионерах были наивными, глуповатыми, но добрыми. А мир мультипликационной сказки был прекрасным, наполненным тайной и чудесными персонажами. А если что и было в этом мире страшного, то рядом были взрослые, которые в любой момент защитят ребенка от любой беды и всякого зла.

Не случайно «белоэмигранты», (в отличие от детей комиссаров, просивших прислать им на новую родину ноты, постельное белье и все, что можно выгодно продать) просили прислать для своих детей и внуков советские мультфильмы.

И вдруг, в одночасье, взрослые дяди и тети опрокинули и осквернили этот чудный мир. В него ворвались вампиры, демоны, злодеи всех мастей. Зверушки из милых тварей превратились в чудищ, убивающих и пожирающих друг друга. Они заговорили грубыми голосами уличных хулиганов, обрели повадки и манеры отпетой шпаны.

Одновременно на всех каналах помногу часов в день страшные монстры стали кричать: «Я убью тебя!»

— Нет, это я тебя убью! — ответили им такие же монстры, которые по замыслу создателей должны были восприниматься как положительные герои.

А за окном с подобными криками стали носиться по двору друг за другом мальчишки.

И угрозы эти оказались не пустыми…

С каждым месяцем растет число убитых своими сверстниками детей. Убитых безо всяких на то причин. Просто забавы ради. Это продолжается только что увиденный сериал, только что прерванная компьютерная игра, в которой нужно убивать всех подряд. Иди — и стреляй. Чем больше убьешь, тем больше очков. Вот, ты уже набрал их больше, чем три приятеля вместе взятые. Ты герой! Ты лучше других. Теперь иди и продолжай делать то, что делал с компьютером с соседскими мальчишками…

А многим родителям невдомек, что у детей до семилетнего возраста виртуальный и реальный миры абсолютно тождественны… Они просто не умеют отличать того, что им показывают по телевизору, от того, что происходит за пределами экрана. Но на экране все интереснее и динамичнее, чем в жизни. Мир зла страшен, но притягателен. Дети, не обученные отличать добро от зла, начинают вести себя, как экранные герои.

Девятилетнюю девочку спрашивают, почему она ударила ножом в живот соседку по парте. Та пожимает плечами и говорит, что в кино это делают интереснее.

— Папа, я хочу убивать! — шепчет отцу шестилетний сын. И папа идет к психиатру. Рассказывает о том, что купил «приставку», когда сыну было два года, и что каждый день ребенок проводил по несколько часов, играя в компьютерные игры. А что делать? Ведь все заняты.

В последний, шестой год его жизни, ребенок даже к автомобильным гонкам охладел, а только нажимает и нажимает на электронный курок.

Папе страшно. Ни он, ни мать не могут оторвать его от компьютера. Тем, кто пытается это сделать, сын обещает, что убьет их. И глаза у него ох какие не детские…

И папа, и мама потеряли сон. Они боятся, что сын исполнит угрозу. Они уже прочитали о том, как в Самаре дочь выколола глаза спящему отцу за то, что он запретил ей смотреть «покемонов».

Наблюдения над семьюстами детьми, показали, что, если ребенок до семи лет проводит за компьютерными играми более часа в день, стреляя и убивая, то в его подсознании закрепляется доминанта, от которой избавиться практически невозможно. Попав в ситуацию, сходную с компьютерной игрой, такой ребенок непременно убьет.

Дело еще и в том, что ребенок, попавший в теле и компьютерную зависимость, может никогда из нее не выйти. Запретительные меры вызывают в нем ярость и страшную агрессию. И если в такой момент родители сурово накажут его, на что ребенок не сможет адекватно ответить, то это может привести его к самоубийству.

Детские самоубийства — это совершенно новое явление. Пять лет назад всех потрясли самоубийства подростков. А теперь из жизни уходят дети. Экономическим фактором это явление не объяснить. Дети бедных родителей в петлю не лезут. Уличные бродяжки борются за жизнь и мечтают поскорее вырасти, чтобы быть сильными. Для борьбы силы нужны.

Эти трагедии происходят в обеспеченных и очень богатых семьях, где дети перекормлены не только деликатесами, но и всевозможными забавами и электронными игрушками.

Эти дети не могут назвать зверушек, изображенных на картинках. Но они знают киборга, шредера, биороботов, черепашек ниньзя. Их первой в жизни игрушкой был трансформер.

Мальчишки зацикливаются на «стрелялках», а родителям, особенно если они этим же занимаются профессионально, и в голову не приходит отвлечь их от опасной привязанности.

Многие дети, увидев ужасы и сцены насилия на экране, пытаются защититься от них. Но они не могут этого сделать. Защита происходит на бессознательном уровне. Психика не в состоянии адекватно реагировать на слишком сильный раздражитель страха, и она «выставляет» блок: перестает реагировать на страх. Психика тупеет. Наступает, так называемое «скорбное бесчувствие». Ребенок не только перестает ужасаться при виде кошмаров, но и теряет способность сопереживать чужим страданиям.

Мы даже представить не можем, скольких Каев породили телевизионные и компьютерные «агенты Снежной Королевы», сколько душ заморозили они, сколько пар детских глаз во всех городах и весях в безумном оцепенении смотрят на компьютерные мониторы, выкладывая из виртуальных ледышек слово «ВЕЧНОСТЬ».

Эти дети не смогут нормально жить, любить, строить семью, защищать от врагов страну.

Они больны. Теле- и компьютерная зависимость убила в них интерес к жизни. Они навсегда «прописались в компьютерном виртуальном зазеркалье».

Степень поражения психики напрямую зависит от времени, проводимого за компьютерными играми и просмотрами фильмов со сценами насилия. Чем взрослее ребенок, начавший эти опасные игры, тем больше шансов вернуть его к жизни.

Мы должны понять, что детям НЕЛЬЗЯ смотреть на насилие. Им нельзя проводить по несколько часов в день у компьютера, стреляя и радуясь тому, что фигурка на экране ими убита.

Бегать по дворам и лесам с игрушечным автоматом, играя в «войнушку», и убивать на экране — не одно и то же. Живая игра развивает. И Миша, в которого попал Сережа, продолжает бежать и доказывать, что это он, а не Миша попал. И даже, если после словесной перепалки они начнут мутузить друг друга, тоже большой беды не будет. Это игра живых мальчишек.

И как она не похожа на жестокие стычки юнцов, проведших ночь в интернет-кафе…

Американский психолог Дэйвид Гроссман одним из первых в Америке доказал, что агрессивные фильмы и игры заражают агрессией. Жестокость и аномальные действия на экране провоцируют жестокость и аномальные действия в жизни. Это заявление подтвердили многочисленные эксперименты, которые проводили такие известные ученые, как Зиллман, Доннерстайн, Гербнер и самый авторитетный европейский психотерапевт Франкл.

63 процента из опрошенных заключенных в американских тюрьмах, утверждают, что нарушили закон, подражая телевизионным персонажам, а для 22-х процентов телевизор явился учителем технологий грабежа и разбоя…

Тупое сидение у экрана, когда 90 процентов информации воспринимается глазами при почти полной неподвижности тела, приводит к гиподинамии, заболеваниям практически всех органов. В первую очередь сердца, сосудов, мозга, глаз. Жесткое излучение через экраны мониторов тоже делает свое дело. Его вредное воздействие сказывается на всем.

Стоит понаблюдать за детьми, проводящими много времени у телевизоров и компьютеров на уроках, в спортивном зале. Они расторможены, вялы. У них нарушена реакция. Особенно это заметно во время игры в футбол или баскетбол. Некоторые ведут себя просто, как сомнамбулы.

Мяч пролетает мимо, а они медленно поворачиваются в его сторону.

А что происходит на школьных переменах?! Не успевает затихнуть звонок, как все пространство школы оглашается криками, визгом. Бегают, толкаются, дерутся не только малышня, но и старшеклассники. Многие учителя перестали уже реагировать на это. “Пусть расслабятся… Засиделись детки”…

Но если к этим деткам приглядеться, то становится очевидным, что это не просто выброс энергии молодого здорового организма. Это поведение не нормально. И оно свидетельствует о ненормальности очень многих детей. Их число постоянно растет. Своей ненормальной энергетикой они заражают все вокруг. Учителя не могут справиться с ними. Не могут справиться и родители.

Некоторые ученые говорят, что мы наблюдаем появление поколения людей с совершенно особой психикой. Живя в современных музыкальных, неестественно организованных ритмах, где частые удары происходят с равными интервалами, их души настраиваются реагировать на окружающий их мир сообразно заданной частотности. Из шумового фона современных городов они улавливают только то, что укладывается в известный частотный диапазон. Остальное пролетает незамеченным. Из огромного разнообразия мира они способны выделять только небольшую эмоциональную и интеллектуальную «пайку».

Очень скоро людей, не способных воспринимать многообразие мира будет большинство. И они будут преобразовывать мир, делать его сообразным своему восприятию: то есть примитивным и жестоким. Все, что мешает им, будет устранено… Но уничтожать они будут не то, что расчеловечивает человека, а то, что мешает этому расчеловечиванию.

Это, прежде всего, традиционная культура. Отклонение от традиционной культуры ведет к отклонению психики.

И мы это видим. Только не хотим или боимся это признать. А в нашей стране эти процессы происходят гораздо быстрее и разрушительнее, чем в Европе, поскольку у нас нет европейского иммунитета. У нас принципиально иная культурная традиция. У нас не было средневекового романа, в котором одним из действующих лиц был дьявол.

В русской литературе отсутствовал античный архетип, чьи подвиги сопровождались потоками крови и горами трупов. Отношение к нечистой силе было совершенно особенное. На иконах было запрещено изображать бесов. В литературе, за исключением раннего Гоголя, нечистая сила изображалась юмористически. Нечисть можно было обхитрить, посмеяться над ней.

Чтобы понять разницу мировосприятия европейца и русского, достаточно сравнить народные праздники, скажем, масленицу и холоуин. Масленицу с блинами, каруселями, песнями, смехом и весельем, заканчивающуюся сжиганием соломенного чучела, которое и отдаленно не походит на воплощение злой силы… и холоуин с вампирами с кровавыми подтеками на лицах, жуткими ведьмами, скелетами с горящими глазницами, мертвецами с вываливающимися наружу кишками и прочей жутью…

Европейские дети, возможно, и не боятся этих монстров. Возможно, кое-кому даже весело…

Но даже сама мысль о том, что кому-то может быть радостно от лицезрения этой гадости, кажется дикой.

Естественная реакция на страшное — это страх, а на мерзкое — омерзение.

Но в наших школах (не только английских) почему-то отделы народного образования стали настоятельно рекомендовать проводить празднование холоуина. Да еще называют торжество нечистой силы «праздником всех святых».

В европейской традиции герой совершал свои подвиги в мире торжествующего зла. Он был одиноким представителем добра, окруженным морем злодеев.

В нашей традиции зло вообще не онтологично. Оно не имеет сущности. Это просто недостаток добра. Очень хорошо сформулировал это Высоцкий: «Зло по-своему несчастно».

А несчастно оно потому, что его никто не любит. Оно обречено на одиночество. А что может быть хуже, когда тебя не берут в свою дружную кампанию…

Вспомним героев советских мультфильмов. Бравые пионеры и не менее бравые зверушки не только побеждали злодеев и всяких неприятных личностей, но и переделывали их. Противной старушке Шапокляк захотелось иметь друзей, злых сестер не только наказывали, но и прощали, потому что они раскаивались в своих злых делах.

Зло при встрече с добром всегда проигрывало. И это было законом, при котором было легко жить. Этот закон усваивали дети. Они воспитывались на героических и романтических примерах.

Детский кинематограф воспитывал, образовывал и даже выполнял психотерапевтическую функцию. Он снимал стрессы. Ласковые интонации успокаивали. Это была настоящая лечебница…

А теперь детское кино приводит ко всеобщей инвалидизации.

В этом можно убедиться, посмотрев на то, что и как рисуют современные дети.

Педагог-психолог предлагает детям поиграть в телепередачу: представить, что чистый лист бумаги — это телевизор и его нужно заполнить любыми рисунками.

95% детей заполняют экран мортальными образами — образами смерти: дерущимися скелетами, трупами, черепами, костями, уродами с диспропорциональными частями тела. Краски используются только черные, красные и грязно-коричневые.

Когда детям предлагают придумать игру с двадцатью фигурками, все участники до единого устраивают перепалку, в результате которой все оказываются убитыми. Почти в половине случаев «последний герой» пускает себе пулю в лоб.

— Дима, а зачем же он себя убивает? Ведь он всех победил — спрашивает педагог.

— А на земле не должно быть жизни — отвечает семилетний мальчик.

Его сосед на предложение нарисовать живое существо, рисует страшный черный танк.

Педагог долго расспрашивает, почему он его нарисовал. И ребенок отвечает, что ничего иного не может представить.

Их сверстница на просьбу нарисовать себя, рисует ангела с золотыми волосами, потом с минуту сидит неподвижно и начинает рисовать над этим ангелом страшную ведьму. И тут же дает объяснение: «Вот такой я должна быть, но буду, как эта ведьма».

Десять лет назад при той же установке — нарисовать телепередачу — дети рисовали в основном пап, мам, зверушек, пейзажи. Многие мальчишки рисовали батальные сцены. Но при этом использовали все цвета. И «наши» всегда были победителями. Мальчишки рисовали себя могучими героями, а девочки — румяными красавицами в платьях всех цветов радуги.

Сейчас дети изображают себя очень маленькими и непременно серым цветом. Это говорит о большой тревоге и желании никак не проявляться…

И главное — детские рисунки свидетельствуют о тотальной победе сил смерти над жизнью.

В Японии подобные тесты проводят с двух лет. Если в гамме рисунков отсутствуют какие-нибудь цвета, то специалисты начинают работать с таким ребенком.

У нас к помощи психологов прибегают крайне редко. Как правило, родители начинают понимать, что с ребенком произошла беда, когда и психиатр уже не в силах помочь.

К счастью, у нас есть еще чудаки, которые проводят тестирование в детских садах и школах по собственной инициативе. Они не только диагностируют отклонения психики, но и пытаются помочь, попавшим в беду детям с помощью метода артетерапии.

Детям, которые только что нарисовали уродов, несущих мортальную энергетику, показывает слайды с изображением красивого цветка, бабочки, пчелы на цветке, фантастически раскрашенную гусеницу… Звучит спокойная красивая музыка. Психолог фиксирует реакцию детей. После изображения кошмаров они спастичны и находятся практически в состоянии эмоциональной эпилепсии. Сильное сердцебиение, задержка дыхания, перегружена печень…

Как выразился один известный ученый: «Современные дети живут под воздействием информационно-поражающего фактора боевого значения». Выдержать его в состоянии очень немногие. Это приводит к информационным неврозам, шизоидной интоксикации. Сверхнагрузки на детскую психику имеют тяжелые аномальные последствия…

Ребенок, проводящий долгое время в виртуальном мире, сталкиваясь с реальным миром, неизбежно входит с ним в конфликт. Этот мир не соответствует той модели, которая уже вложена в его подсознание. Он должен быть изменен или уничтожен. Если не получается ни то, ни другое, тогда нужно покончить с собой. Иных вариантов решений создавшегося конфликта для таких детей не существует. Есть запасной выход — уйти из этого мира, но не совсем. А это — наркомания. Наркотическое опьянение снимает напряжение необходимости совершать поступки и делать выбор.

Но стоит изменить атмосферу, убрать тревогу, изолировать от мортальных образов, ввести ребенка в мир покоя, красоты и добра, как он на глазах меняется: успокаивается, расслабляется. Дыхание становится ровным.

Получаса созерцания красоты в сочетании с успокаивающей музыкой оказывается достаточным для того, чтобы изменился внутренний настрой ребенка. Педагог предлагает нарисовать увиденное на слайдах. И дети начинают использовать яркие краски…

Директор НИИКСИ В.Е.Семенов, говорит, что телевидение перестало выполнять свои функции. Оно не воспитывает, не приобщает зрителя к культуре, не занимается образовательными программами. Даже развлекательная функция стала антикультурной, безвкусной и патологической по сути.

Кто может объяснить для чего мы калечим детей? Для чего мы их пугаем? Уровень страха, который нагоняет на детей телевидение, запороговый.

Меня поразил недавний репортаж из израильского детского сада. В стране война, а детям принципиально не позволяют играть с оружием. Его просто нет. Никаких пистолетов, никаких автоматов. Дети играют в светлых, окрашенных в мягкие тона комнатах в спокойные игры. Все направлено на то, чтобы успокоить ребенка.

А почему у нас делают прямо противоположное? Почему детям показывают мультсериал о покемонах — карманных монстрах? В Японии после демонстрации одной из серий более шестисот человек попали в больницу с эпилептическими припадками. Стоит лишь посмотреть на этих злобных уродов, чтобы стало понятно, что детям нельзя их показывать. Зрелище это, мягко говоря, не эстетично. Щели вместо ртов, пустые глазницы, из которых время от времени выбрасываются пучки света. Никакой занимательности, никакой драматургии. Но самое страшное, это то, что один и тот же «герой» в одном сериале являясь «положительным» персонажем, в очередном оказывается отъявленным злодеем.

Ребенок, помимо агрессии, страха, откровенного антиэстетизма, получает ложную и очень опасную информацию об «устройстве мира». В подсознании ребенка прочно усваивается идея об отсутствии миропорядка, как такового, об отсутствии в мире добра. Добро — это лишь функция. Сегодня она проявилась, а завтра вчерашний ее носитель в подобной ситуации поведет себя прямо противоположным образом. Дети, не обученные тому, как вести себя в этом мире, теряют всякую способность обучиться этому непростому делу.

Сегодняшним детям настырно прививается идея людоедов и фашистов: «Хорошо, когда я кого-то ем. И плохо, когда меня едят».

Многие зарубежные и отечественные психиатры считают, что появление таких агрессивных молодежных течений, как «скинхеды», напрямую связано не только с неблагополучием в семьях, но и с массированным воздействием на детей и подростков агрессивной и патологической информации, получаемой через телевидение и компьютеры.

Очень важно, в какой системе образов и звуковой атмосфере живет ребенок. Приоткройте дверь комнаты, в которой сидит при выключенном свете у телевизора ваш сын или ваша дочь. Фиолетовые всполохи гуляют по стенам. Звук резкий, грубый, механистический.

Кандидат философских наук В.А. Сенкевич доказывает, что подобный звуковой фон отрицательно действует на психику.

Кроме того, во время монтажа звука на цифровой аппаратуре, после очистки от естественных шумов и микширования, снимается верхняя певческая форманта, сокращается количество обертонов. Звук становится плоским, неестественным, снижается его полетность. А все искусственное, резко отличающееся от того, что существует в природе, приводит к разбалансировке психики. Неполное акустическое воздействие вызывает ассиметрию в возбуждении и торможении резонансных частей человеческого тела (сердца, костей, легких, мышц, позвоночника, черепа). Это приводит к различным заболеваниям.

В институте экспериментальной медицины можно убедиться в этом во время проведения исследований. Кардиограф снимает кардиограмму сердца во время прослушивания пациентом музыки. На экране компьютера мы видим, как изменяется работа сердца в зависимости от изменения мелодичности, громкости. Если включаются ударные с частотой ударов от полусекунды до полутора секунд, то мы видим, как навязанный ритм мгновенно дестабилизирует сердечную деятельность, увеличивает давление. Энцефалограмма показывает угнетающее либо резко возбуждающее действие на мозг.

Не трудно представить, что происходит в мозгу молодых людей, слушающих современную музыку через наушники. Отрешенный взгляд, монотонное покачивание головами говорят о неестественном состоянии. Сама музыка — это частые удары с равными промежутками и обильным использованием техногенных урбанистических шумов.

Сила звука не должна превышать 80 децибел. Дети и подростки обычно включают громкость в наушниках от 80 до 120 децибел. Это приводит к потере слуха, ослаблению памяти, снижению интеллекта, вегетативным расстройствам. Компьютерные тембры музыкальных инструментов имеют гармоники, вредные для организма. Это вызывает заболевания мозга, сердца, костей, расстройству психики. Практически нет ни одного органа, который бы нейтрально реагировал на подобную «музыку».

Как не похож мир «асфальтового» детства на жизнь деревенских детей. Правда и деревня далеко не та… Но все же еще есть дома, в которых ребенок просыпается от крика петуха, шлепает босыми ногами по половицам, залитым ярким солнечным светом, спускается по деревянному крыльцу во двор, по которому ходят куры, видит через приоткрытую дверь хлева, как бабушка доит корову.

Маленькой ручонкой он достает из соломы куриное яйцо… Через несколько минут бабушка поит его парным молоком из огромной глиняной кружки. Он сидит на крыльце, над ним низко проносятся ласточки, с громким писком подлетая к гнезду, вылепленному под крышей…

Вот он идет по полю колосящейся ржи, срывает синие васильки…

А в лесу полно белых грибов и уже поспела черника, от которой мгновенно становятся синими рот и зубы. Под замшелым пеньком стоит огромный ослепительной красоты мухомор с лакированной красной шляпой, покрытой белыми мушками…

Как радостно возвращаться домой с полной корзиной грибов, зная, что пока бабушка будет их жарить, можно сбегать к реке и поплескаться с мальчишками…

Но эта греза почти не доступна большинству современных городских детей. Им приходится постигать премудрость жизни в «дворовых университетах» и из экранов телевизоров, в которых их кумиры убивают, бранятся и гоняются на автомобилях за своими жертвами…

Значит ли это, что нужно полностью отказаться от телевизоров, запретить компьютеры, наушники и все то, что связано с так называемой молодежной культурой?

Во-первых, это невозможно. Мы уже живем в ситуации, когда огромная часть населения находится в теле и компьютерной зависимости (а это серьезная психическая болезнь). Общество должно знать и понимать серьезность этой проблемы.

Судя по западным публикациям, американская и европейская телеэлита не позволяет своим отпрыскам смотреть то, что они производят. Пребывание у телевизоров они предельно ограничивают очень спокойными и приличными передачами.

Нам нужно последовать их примеру. Они-то знают, что делают. Как никак — профессионалы. Телевизоры ломать не нужно, а изменить то, что по ним показывают, давно пора. И в первую очередь изменить то, чем мы кормим через телевизор своих детей.

А это вполне реально. Когда нам говорят, что производство хороших мультфильмов дорого, а денег для этого нет, поэтому мы покупаем низкосортные, но дешевые иностранные поделки, мы должны понимать, что это лукавые отговорки. Нельзя ребенку давать вместо погремушки острый кинжал по причине того, что погремушек не оказалось в продаже.

Тем, кто поставляет и прокатывает на отечественном телевидении фильмы со сценами жестокости, насилия и разврата, нужно знать, что если чума приходит в один дом и ее не остановить, то вскоре вымрет весь город. То, что происходит с соседским ребенком, может завтра произойти с твоим.

Нужно придерживаться главного принципа — не навреди. Если какой-нибудь фильм представляет опасность для нравственности или для психики, его нельзя приобретать и показывать, даже если его отдают бесплатно.

Пока нет возможности создавать в большом количестве добрые и полезные для детей фильмы, можно показывать «в живую» или в записи детские спектакли. Их очень много. Во всех крупных и маленьких городах есть детские театры. Есть множество любительских и школьных театров, которые работают не хуже профессионалов.

Наконец, есть дети, которые сами создают прекрасные добрые и красивые анимации. Если взрослые люди пичкают их агрессивным уродством, тогда нужно предоставить им возможность самим решать проблемы детского кино. Они могли бы дать полезный урок тем, кто насаждает дурновкусие, уродство, жестокость и разврат. Вот только выйти в эфир злобные дяди и тети этим детям никогда не позволят.

Но мы напомним им сказку о Буратино и его маленьких друзьях. Они все же смогли победить злого Карабаса-Барабаса и открыть золотым ключиком дверь, за которой была страна доброй и прекрасной сказки.
«Русское воскресение»

ВОПРОСЫ ПОЛА В РАЗГОВОРЕ С ДЕТЬМИ.
Интервью с детским психологом Ириной Медведевой.
18 июня 2002 г.

— В каждой семье, где есть дети, рано или поздно встает вопрос о том, как с детьми начать разговор о вопросах пола, потому что дети эти вопросы рано или поздно зададут. Существует две точки зрения. Одни считают, что эти вопросы не должны обсуждаться, дети и так сами все узнают. Другие же считают наоборот, детям надо дать максимум информации по этому вопросу. Как следует решать эту проблему, на Ваш взгляд?

— Я, конечно, не могу сказать, что такой проблемы не существует вовсе. Но мне кажется, ее масштаб в последние годы сильно преувеличивается некоторыми сексуально озабоченными взрослыми. Думаю, что когда ребенок интересуется вопросами пола (а он этим интересуется в разном объеме в разное время своей жизни) тогда ему и надо отвечать, причем в как можно более общей и условной форме.

— Вопросы эти задаются тогда, когда ребенок совершенно целомудрен, и конечно дети задают их в совершенной своей чистоте. А родители в такой же (подобной детской) чистоте как правило ответить не могут. И возникают такие мифологемы: «аист» и «капуста», «тебя в магазине купили». Хорошо ли это?

— Очень хорошо! Я как детский психолог скажу, что это очень верно. Это веками говорится и про «аиста» и про «капусту». Думаю, что довольно давно стали говорить и про магазин. Очень верно. И знаете, никому из взрослых людей это не повредило. Как мы видим, человеческий род продолжается уже не первое и даже не второе тысячелетие. Плод обязательно должен быть запретным до времени, чтобы потом, когда ребенок вырастет, этот плод был сладким. Тогда род продолжается. Если этот плод перестает быть запретным, а следовательно сладким, то человек, так уж он устроен, ищет другие запретные плоды. Не поэтому ли на Западе так много гомосексуалистов. Это другой запретный плод. Впрочем, он тоже уже не запретный. Поэтому когда семь лет назад я попала в Германию на всемирный конгресс по социальной психиатрии, и европейские и американские ученые говорили о том, что проблема номер один современного западного мира — это сексуальное сожительство взрослых и детей. Вот какой запретный плод сегодня сладок людям Запада. Так что если этот плод перестанет быть запретным, а следовательно сладким… ну что ж, тогда ждите поиска других. Именно Скандинавия и в частности Швеция первая восприняла сексуальное просвещение в школе. Прямо где-то после 68-го года. Вот была так называемая сексуальная революция в Европе и Скандинавия стала прямо пионером сексуального просвещения.

Я еще хочу сказать интересную вещь, что Стокгольм — столица Швеции — три года назад на Всемирном конгрессе семей в Праге был назван первым пост-семейным городом в мире, потому что там 70% жителей никогда не имели, не имеют и не хотят иметь семью и детей.

— Скажите, но возможен ли вне семьи такой сокровенный, интимный, умный разговор о вопросах пола, может ли он быть школьным уроком, публичным выступлением?

— Я думаю, что нет. Это никогда не может быть прилюдно. Посмотрите, в культурном русском языке не существует ни одного слова для обозначения физической стороны любви…

— …вот я все время об этом задумываюсь. Как говорить о том, что совершенно невозможно назвать?

— Лучше задумаемся о другом: что значит, когда в таком богатейшем языке как русский нет культурных слов для обозначения плотской любви? Это значит, что культура строго секретит саму тему. А на каком языке говорить? Есть мат и есть гинекологическая латынь. Ну, наши секс-просветители домашние, российские, они конечно говорят, что гинекологическая латынь — это самое оно. Но представьте себе, что ребенку говорят «пенис», «фаллос», «оргазм», «эрогенные зоны». Это вообще конец света. Я бы даже сказала, что нужно трижды подумать, что гаже, вредней для психики: мат, который ребенок воспринимает как откровенную непристойность или «культурное» просвещение на гинекологической латыни. Я считаю, что второе гаже.

— Я тоже так думаю, честно говоря. Мы часто слышим: «Плохо, если ребенок об этом узнает в подворотне. Плохо, если об этом ребенку расскажут в туалете». Но если ребенку «про это» расскажут в туалете, то это всегда будет туалетно. Если в подворотне, то это будет нести свой отталкивающий стыдливый момент. Поэтому мне кажется, что даже подворотня в какой-то степени есть сохранение того, чему даже название сегодня совсем забыли: целомудрия.

— Совершенно верно. Зачем пугать подворотней? Почему некоторые оправдывают сексуальное просвещение тем, что, мол, иначе дети узнают «про это» из подворотни. Подворотня, как сказал бы культуролог — это неотъемлемая часть подростковой субкультуры. Проходит подростковый возраст, вместе с ним проходит подворотня, и уже юноша по ночам вздыхает о любимой девушке, стихи пишет, гуляет под ее окнами, сходит с ума. И представляет ее себе неземным, бесплотным существом. Но если он в семь-восемь, в двенадцать лет видел учебное пособие с половыми органами в разрезе, учил на эту тему параграф, отвечал у доски… Представляете, приходит учительница в очках, в нарядной блузе, развешивает эти пособия, они открывают учебник… И я кстати, хочу сказать, что и картинки в этих учебных пособиях намного непристойнее, чем фотографии в порножурналах. Это просто смещение черного и белого. Полное смешение черного и белого! Пол и потолок меняются местами! Потому что одно дело порнографический журнал, который мальчишки смотрят под партой и, опять же, знают, что это непристойность. А другое дело, когда в учебнике. Учебник для детей — эталон. Эталонная информация. И когда там это все в характерной манере учебника, так серьезно, с рисунками и схемами… Я видела всю эту мерзятину. Между прочим, когда мы с моей коллегой Татьяной Львовной Шишовой в Германии читали курс для студентов Гамбургского университета, они с нами как-то разоткровенничались после лекции. И я помню, как один очаровательный, похожий на героев Томаса Манна, какой-то благородных кровей юноша сказал: «Какие вы в России счастливые, вы знаете, что такое любовь. Мы тоже это знаем, но только по классической литературе. Мы очень хотим полюбить, но не можем, потому что получили сексуальное образование в школе и когда видим девушку, вспоминаем, что нам говорили про эрогенные зоны и про то, как устроены фаллопиевы трубы».

— Проблема очень знакома. В начале 90-х годов родители были в полном ужасе, когда их дети вернулись из школы. Скажем, ученики первого класса показали своим родителям красивенький буклетик под названием «Мой друг презерватив».

— Как сейчас помню, это было в середине 90-х.

— А откуда такие буклетики появляется в наших школах? Откуда эти программы появились, откуда эти учебники? Кто их издает? Кто и зачем растлевает детей?

— Да, детей растлевают. И это очень страшно. Я как детский психолог могу сказать, происходит ядерный взрыв в психике детей. Иначе не назовешь. Но для тех, кто это делает, растление и провокация психического шока — как бы побочные продукты. Задача другая: снижение рождаемости. Это такой, я бы сказала, геноцид с цивилизованным лицом.

— А как зовут это «цивилизованное лицо»?
Запах серы. Об оккультной составляющей программ «планирования семьи».

— Его зовут Международная федерация планирования семьи. А на нашей почве существует филиал, который называется Российская ассоциация планирования семьи. Ну, конечно, у этой организации очень много спонсоров, помощников. Скажем, такой важный спонсор, как Фонд народонаселения Организации Объединенных Наций. Он представлен и у нас в стране, и в других странах, в которых существуют центры планирования семьи. Также очень помогает в уничтожении населения ЮНЕСКО. Хорошо помогает ЮНИСЕФ. Хорошо помогают Фонд Рокфеллера, Фонд Форда, Фонд Маккартуров, с успехом работающие на нашей территории. Бывают какие-то парадоксальные спонсоры. Например, английский принц Филипп, который возглавляет Фонд защиты диких животных. И все о нем говорят как о замечательном человеке: ему так жалко носорогов, ему так жалко леопардов, он так заботится об экологии. Но давайте спросим себя, кто больше всего нарушает экологию? Конечно, люди! Чем меньше будет людей, тем чище будет воздух, вода, трава…

…и будет больше диких животных?

— Конечно. Так что принц Филипп теснейшим образом связан с Международной федерацией планирования семьи. И таких, на первый взгляд неожиданных связей очень много.

— Я знаю, что в Москве были такие «пилотные» школы, в которых программы РАПСа (Российской ассоциации планирования семьи) просто внедрялись через личные отношения с директорами этих школ. А есть у Вас, как у детского психолога-специалиста, данные о горьких плодах такого просвещения в России?

— Конечно, и очень много. Вы упомянули о пилотных школах в Москве. В одной из них школ учился сын моей подруги-психолога. И он был единственным в классе, кто не заполнил омерзительную секс-просветовскую анкету. Я не могу вслух повторить ни одного вопроса, который был задан детям. А этот мальчик, поскольку он воспитан хорошей мамой, не стал заполнять анкету. И именно благодаря тому, что он ее не заполнил, а следовательно не сдал, он вынес ее из класса. Другие дети сдали, и все шито-крыто. Родители понятия не имели, о чем спрашивали их детей. А этот мальчик пришел домой и швырнул матери анкету в лицо, представляете? Он был в таком жутком состоянии… Сказал: «Вот, до чего вы, взрослые, докатились!» И у него, как у человека тонкого, были очень тяжелые психические последствия, даже после одной такой незаполненной анкеты.

СПРАВКА: Последние три года в государственных школах России под разными названиями стали вводить сведения сексологии и контрацепции. Кроме того, зачастую по инициативе школы дети посещают разного рода занятия, семинары и уроки в так называемых медико-педагогических школах и центрах планирования семьи. Цель преподавания во всех случаях одна: манипулирование психикой ребенка. Перевод его внимания с высших духовных ценностей на низшие плотские удовольствия, их культивирование. Когда человек рассматривается лишь как биологическая единица. Внимание детей, акцентируется исключительно на вопросах секса, грубо попирается стыдливость. При этом осмеивается целомудрие, семья. Будущие дети представляются как ненужная, тягостная обуза. Детям рассказывают о страшных вещах. Пример: «Основными формами половой жизни человека являются экстрагенитальные, плотаническая любовь, танцы, гейшизм, генитальные, суррогатные формы полового акта, вестибулярный, бедренный половой акт, анальный, орагенитальные контакты, сексуальные действия с животными». На каждую тему в школе выделено по часу, а то и по два. На Западе ситуация не лучше. В Сан-Франциско, например, где большой процент гомосексуалистов, сексуальные «меньшинства» добились того, что им разрешили в школах преподносить какую-то свою особую программу сексуального просвещения. В класс к семилетним приходят «специалисты» и говорят: «Вам не стоит беспокоиться, если у вас будет сексуальный контакт с вашим же полом, может быть даже с партнером более взрослым…» Т.е. практически преподаются основы гомосексуализма. Ребенок-то об этом вообще не думает. А если ему начинают об этом говорить, то у него, конечно же, могут спровоцировать желание попробовать. Получается не просвещение, а откровенная пропаганда.

— Сегодня секс-просветители научились маскироваться, поскольку есть уже какая-то реакция Церкви, ученых-экспертов, общественности, родителей. И теперь это называется «Основы здорового образа жизни», «Уроки здоровья», «Гигиена», «Валеология», «Программа «Изменения»», «Лекции о СПИДе». И родители думают: как хорошо! Им ведь внушили, что дети сейчас все рождаются больными. Вот здорово, что их будут учить «здоровому образу жизни», а, следовательно, оздоровлять, учить, как стать здоровыми.

— Было бы важно понять, чем мы можем себя защитить, насколько мы вправе протестовать, какие у нас есть юридические возможности не допустить экспериментов над нашими детьми, над нашим народом.

— Вы можете мне поверить, что это не менее страшно, чем крысиный яд. Вот родители должны себе представить, что детей могут на таких вот уроках «здоровья» накормить крысиным ядом. Когда речь идет о спасении ребенка, родители просто обязаны его защитить, да и других детей тоже. А для этого они должны знать: если в школе что-то вводится экспериментальным порядком, об этом школа должна оповестить всех родителей. Причем, им не просто должны сказать, что с завтрашнего дня или с послезавтрашнего вводятся «Уроки здорового образа жизни». Каждому из них должны показать программу, и от каждого должны получить не устное согласие, а письменное. И если хоть один родитель в классе не согласен — ему не имеют права сказать; «Пускай ваш ребенок гуляет в коридоре в это время». Ничего подобного! У нас пока еще образование государственное. И у родителей сейчас как раз больше прав, чем было раньше. Если директор школы заявляет, что он, несмотря на протесты родителей, не хочет отменять этот экспериментальный урок, у родителей есть все основания подать в суд. Не на учителя, а на директора школы. Потому что учитель — тоже подчиненное существо.

— В православной гимназии однажды на уроке закона Божия все ученики седьмого класса принесли с собой журнал «Cool». Оказалось, они не знали, что это за журнал, им его бесплатно в метро раздавала какая-то добрая тетя.

— Очень наивны чаяния и надежды православных людей, что они своих детей вырастят в золотой клетке. И что они должны только как следует присматривать за своими детьми. Не усмотришь! Это повсюду и везде. А сколько к психологу обращаются родителей тех девочек и мальчиков (но особенно почему-то девочки психически страдают), которые читают журнал «Cool» и ему подобные издания. Вот приведу Вам один пример. Приходит мама с девочкой 12-ти лет и говорит: «Не понимаю, что с ней произошло? Она такая была хорошая девочка. У нас такая хорошая семья. Она себя вдруг начала вести, как профессиональная проститутка. Мы не знаем, что с нашим ребенком, мы не знаем, как ее укротить, и вообще что с ней делать, она уже кандидат в колонию и все это случилось как-то стремительно и на ровном месте». Я спрашиваю и то и это. И вроде не нахожу никаких «улик». Вдруг мне приходит в голову спросить: «Скажите, а ваша девочка не читает в последнее время журнал «Cool»?» Мама с гордостью отвечает: «Конечно! Это же журнал для девочек-подростков. Она его покупает раз в неделю, я ей сама даю деньги на него». — «А Вы туда заглядывали?» Она в недоумении отвечает: «А зачем заглядывать в детский журнал? Что, наши родители заглядывали в журнал «Мурзилка», «Пионер» или даже в «Юность»?» Я говорю: «Ну Вы загляните, потом мы, может быть, вернемся к разговору, почему Ваша девочка стала себя так вести». На следующий день она пришла заплаканная: «Вы знаете, я этот журнал сожгла прямо у себя во дворе, все номера, что нашла». Я говорю: «Все сжечь невозможно, они на каждом лотке».

Наследники Свидригайлова.

— Журналы «Cool» и «Cool Girl» — молодежные проекты Издательского дома Бурда в России, рассчитанные на подростков одиннадцати-пятнадцати лет. В народе эти журналы называют «мусорными». Прочел — выбросил. Тираж «Cool» — около миллиона экземпляров. Раскупают быстро. Хотя содержание старого номера от нового почти не отличишь. Те, кто читал его пару лет назад, с трудом вспоминают о чем он. Это журнал, который чрезвычайно безответственно подходит к своей редакционной политике. Потому что детям внушаются вещи несопоставимые и с минимальным уровнем культуры. Что нам делать? Мы сегодня живет в таком мире, где эта информация доступнее любой другой…

— Я призываю все контролировать. И школьные новации, и детские журналы, и детские передачи по телевизору, и даже, представьте себе, детские мультфильмы. Ну, я уж не говорю о том, что у нас всех есть возможность позвонить депутату Государственной и городской думы. Ведь депутаты (теоретически) представляют наши интересы. Т.е., как говорят дети, «бузу надо поднимать». Если мы не хотим сдавать своих детей. Вообще, предательство — страшный грех. Но уж предательство своего ребенка — это последнее дело.

С Ириной Яковлевной Медведевой беседовал священник Алексий Уминский. 

РЕБЁНОК В МИРЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ ИГРОТЕК
Монах Феогност (Пушков), 20/04/2001

Мир ребенка — очень нежное, хрупкое явление. Травмировать, искалечить этот мир куда легче, чем его сохранить. Психика ребенка открыта к окружающим его; современная психология научилась «читать» психику ребенка по его детским поступкам: оказывается, то, что умеет скрывать взрослый человек, не может скрыть ребенок. Его внутренний мир находится как книга в раскрытом состоянии, главное — научиться читать эту книгу. Но эту самую «книгу» можно не только читать, но и самому «писать», т.е. «программировать» подсознание. ребенка. Ребенок любит мечтать, но если он слишком далеко уйдет в свои мечты, то будет трудно, порой почти невозможно вырвать его из созданного им в подсознании мира в мир реальный. Такой возврат может быть болезненным, может ожесточить ребенка на всю жизнь. Когда ребенку придется покинуть мир своих фантазий, он увидит, что окружающее его не так идиллично, как он это видел в своих представлениях. Если он не выйдет из этого мира, то он либо всю жизнь будет изгоем, либо мир силой вырвет его в свою среду. Значит, следует внимательно следить за миром ребенка, чтобы он не ушел от жизни на такую глубину, из которой уже не вернуться.

Но сегодня мы видим, как родители сами буквально загоняют своих детей в мир фантазий (часто это объясняют тем, что современный реальный мир гораздо более опасен для детей, чем создаваемый мир иллюзий). Говорят, что выдуманный мир — это вполне естественно для детей. Но ведь мир игротек и виртуальной реальности — это не мир, появившийся в воображении ребенка; это мир, созданный технически, родившийся не в детской душе, а в мозгу «добрых дядей», прошедших все неприглядные пути этой жизни и теперь, на этой неприглядности, воплощенной в «детские» игры, сколачивающих себе капитал. Ведь в большинстве своем содержание этих игр — кровавые зрелища, от которых содрогается сердце даже взрослого человека, а наших детей приучают забавляться этими зрелищами. Зайдите в любую игротеку и посмотрите, чем там занимаются ваши дети: они, уткнувшись в «игру», убивают, расчленяют, выкачивают кровь из своих потенциальных противников. Смысл этих игр — воспитать в человеке чувство противника: он — твой враг; ты должен быть к нему беспощаден, ведь ты должен превзойти его, ибо ты лучший, а он — твоя погибель, поэтому убей его… Короче, растим садистов. Но только зло всегда оборачивается и против самого себя; зло — это не только растление окружающего мира, но прежде всего саморастление. Мне кажется, что создатели компьютерных монстров — люди недальновидные: ужели они смогут чувствовать себя безопасно в той среде, которую они научили убивать и наслаждаться смертью потенциального противника?

Вы ввели детей в созданный вами мир, мир ужаса и боли, но дети постепенно оставляют в этом мире все свое сознание, ведь мир игротек — это не просто мир фантазий; это мир, в который входит ребенок и начинает переживать его ощущения, чувствовать его, жить в этом мире. И это отнюдь не только во время посещения игротек! Как говорит доктор медицинских наук, профессор детской неврапатологии РАН — иеромонах Анатолий (Берестов), «постепенно, вживаясь в этот выдуманный мир, люди перестают отделять реальный мир от выдуманного, смешивают их, одновременно живут в том, и другом мире, превращаясь в психически больных людей» иером. (Анатолий (Берестов). Число зверя. , с.106.)

Еще в античности философы говорили о том, что человек — это микрокосм. Поэтому, будучи связан с мирозданием в целом, человек должен органически вписываться в картину мироздания. Если мы вырвем человека из его естественного мира, мы превратим его в мутанта, в раба техники. Человек разучится чувствовать Божий мир, мир естественный, природный, который еще не успела испохабить рука потребителя. Человек техногенного общества оторвется от всяких корней, связывающих его с мирозданием, разучится чувствовать свою связь с целым и понимать то, что он только частичка в этом целом организме вселенной, — зато превратится в робота с человеческим обличием.

Боюсь, что американская сказка про Терминатора — не совсем сказка. Я вовсе не являюсь противником прогресса, но прогресс должен служить человеку, а не наоборот. Любая вещь, которая становится самоцелью, кумиром и идолом, становится и носителем зла. Если компьютерная техника служит мне и окружающему меня миру — это прекрасно. Но если я и окружающий меня мир начнем преклоняться перед техникой — это настоящее рабство!

   

ПАГУБНЫЕ ПРИСТРАСТИЯ.
 Многовнукий дед А. Вишневский, 11.11.01, Москва.

Многие искренне любящие детей родители в панике! Дети «отрываются» от родителей и вообще «оттягиваются вовсю». Неразумных уносит, словно на отколовшейся льдине, в мутных потоках вредных пристрастий. Очень уж опасны и вредны привычки «гулять самим по себе, на самом краю». Отколовшиеся льдины переворачиваются и топят резвящихся детей, как слепых котят. Ко многим вредным привычкам пристрастились многие дети. Нередко с младенчества извращен ритм сна и бодрствования, разумно не упорядочено питание, развращена эмоциональная реактивность. Становится модным ленивое безделье. Многих одолевает тупая скука, дикий кураж, авантюризм, цинизм, уголовные деяния, вандализм, курение, пьянство и пр. нарко-токсикомании. Изнеженные и извращенные предпочитают чрезмерные сладости, пикантную «закусь», дискотеки под стимуляторами, извращенный секс, ночные оргии, азартные игры… Умопомрачающий азарт помолодел, усовершенствовался технологически, вооружился современной компьютерной техникой и психологическими программами развращения детей. Что делать, что делать!?

В данном случае чудовищным цинизмом было бы сказать: «Спасение утопающих — дело самих тонущих». Дети виноваты не во всем. Чтобы противостоять бедствию, необходимо понять – кто виноват, как развивается бедствие, что предпринять вначале и что потом? Знатоки детских душ – учителя – утверждают: «с родителей все начинается». Родители обвиняют школу и улицу, весьма зло поминают государство, чиновников, законы, порядки в стране. Так кто: родители, школа, государство, отсталые наши нравы, обычаи, недоразвитая культура виноваты? Или еще что и кто так дико, недостаточно, чрезмерно или извращенно «любят» детей?

Удивительно разнообразно и поэтично восхищаются родители своими детьми. Дети – цветы нашей жизни! Семья – клумба, а государство – поле, где каждый человек: то ли василек, или колокольчик, а может быть — былинка. Хороша песня: «…Поле, русское поле, я твой тонкий колосок»! Но, вот шутят, что живем мы, как в лесу: «что ни старый чиновник – то дуб, секретарша – ягодка, бумага – липа, а что ни гражданин-клиент – то желудь, который не знает, каким ветром, куда его занесет и какая свинья его съест». Некоторые пессимисты утверждают, что в последнее время и среди молодой поросли ужасно расплодился чертополох. Нечестивые, мол, ветры надули чуждые семена азиатского рабства.

Есть и библейские аналогии, дескать: «Орды безродных, коварных кочевников вторглись в исконную нашу землю и нагло топчут православную пашню». Враги нашего самобытного разума соблазнили детей и недорослей. Все легковерные уверовали в Золотого Тельца. Многие, заболели на голову — и теперь «беснуются до упаду». Извиваются под сумасбродную музычку. В уродливых корчах поклоняются богу чревоугодия. А потом возлежат, издыхая, и жутко разевают рот, в ожидании манны небесной, которая опять протухла.

Но где же, что же наши родимые пастухи? На какой такой «Горе-Сионе» наш русский Моисей так долго российскую национальную идею на скрижали долбит? Этот вопрос больше для тех, кто Старый Завет читал вдумчиво. Нет вопросов и у тех заплечного дела мастеров, которые «чужих» террористов «мочат» кровью «своих» (но не родственников). Худо, что непутевым, юным подросткам обоего (в последнее время часто «обоюдного») пола часто подают пример витиевато молодящиеся душой, лысые сограждане. (Опытные матери шутят, что «мужчины отличаются от детей только ценой игрушек».) Опять убеждаемся, что на матерях держится мир? Значит, опять нам самим (родителям, особенно многодетным) давно пора собственным разумом более детально разобраться в современных, конкретных проблемах развития и деградации детей.

Беда вот в чем: «Даешь хорошее настроение! Без труда! Здесь и сейчас!», — модно вопят современные недоразвитые и душой уродливые калики. И это самое настроение «дает» массам самый популярный учитель – телевизор, он же «видак». Пойдет дело и дальше так – нас в этом ящике и в могилу зароют. Ибо телевидение наглядно и образно учит, что и как «надобно» хапать от жизни. Не напрасно запрещал Господь вкушать «яблоко познания добра и зла» прародителю Адаму. Жаль, не помогло. Змий, подобно телевизору, нашептал Еве — таки попробовать запретный плод. И нам до сих пор: увидел, понравились – расплачивайся!

Телевидению нужен рейтинг, дабы дороже платили за рекламу. Иначе худую продукцию покупать не будут (хорошее — и так разберут). Ради одурачивающего рейтинга жадные теле-киношники гнусно эксплуатируют самые низменные инстинкты. «С младых ногтей» уродуют сексуальный инстинкт. Провоцируют жестокую агрессивность. Наглядно демонстрируют, как «смачно мошенничать, убивать, грабить – и кутить до упаду». Наглядно убеждают, что для наслаждение жизнью вовсе не обязательно зарабатывать кропотливым трудом. Вроде все это знают, а действенный коллективный протест организовать не могут.

Гнуть хребет задаром вменяется «лохам»: рядовым учителям, врачам, инженерам и прочим «работягам», которые не умеют воровать. (Даже не умеют объединиться для защиты своего человеческого достоинства). Достаточно им пообещать чуть увеличить нищенскую зарплату – и они будут ждать, ибо «родине» трудно, пока узурпаторы за кордон воруют, а хороший президент (такой лапочка!) бессилен. Узаконили это депутаты, приняло правительство, президент «терпит». Это вовсю пользуют прочие «воры в законе» для собственного величия и углубления чувства полной безысходности «народных масс». Всякий негатив и беспредел вменяется показывать по телевидению, чтоб побольше гвоздей забить в гроб последней «праведной» надежды обездоленных родителей. Важно, чтоб не видели и не слышали разумных лидеров, чтобы «групповщина не тусовалась», чтоб не писали коллективные протесты, не мешали фальсифицировать выборы. Тогда и дети знать не будут, что может быть по-другому. Мол «ум и честь вообще — гроша ломанного не стоят; рви под себя, грабь брата, сестру и мать свою».

Разумно развивающемуся обществу необходимо, чтобы не наглые стяжатели, а Люди, учащие и воспитывающие, лечащие и обеспечивающие детей всем необходимым, все честно делающие свое дело были сыты, соответственно обеспечены, здоровы и творчески дееспособные. Помнить надо вдохновенные слова поэта Роберта Бернса: «Настанет день и час пробьет, когда уму и чести на всей земле черед придет стоять на первом месте!». Стало быть,любой разумный, коллективный массовый протест в защиту нормального развития детей – святое дело!

Ситуация осложняется еще и тем, что телевизионное умопомрачение дополняется пропагандой химической балды. Радость, оказывается,- «на дне бутылки, истина — в вине». До чего же омерзительно коварна эта реклама: «Держи ноги в тепле, а пиво в холоде; Бочкарев – правильное пиво; а кто пойдет за Клинским – конечно, самый умный»! Умный эту поганую рекламу вместе с телевидением посылает кратко… Телевидение призывает к христианской любви и терпению наркоманов. Показывают вовсе не мертвых, а преуспевающих «героинов», так хитро намекающих, ну, прямо-таки «заводящих». Именно выживших, опытных наркоманов рекомендует в учителя-наставники для наркоманов начинающих, количество которых «почему то» не уменьшается, а катастрофически увеличивается.

Многие умные родители телевизор включают только, чтоб дети посмотрели «В мире животных», «Клуб кинопутешественников», «Умники и умницы(?)», «Ну, заяц, погоди!», да еще кое-что разумно избранное. А вообще-то с телевизором борются коротко – штепсель (и предохранитель) из сети вон! Еще лучше объяснить детям, как их обманывают, да научить активно, разумно, творчески развлекаться самостоятельно и младшим разумный пример показывать. Но не только химией и рейтингом орудует «Сатана». Программа «Алчность» психологически помрачает и искушает наивные души, терпящие от вечной нужды. Множатся искушающие программы, зовущие выиграть почти «на халяву», чтобы знатно похлебать и «оттянуться». Это катастрофически умножают число страстных авантюристов.

Еще изощреннее и хуже с мультиками для малолетних детей. Куклы в мультиках сами по себе привлекательны, если выполнены примитивно забавно (пузатые, например). А тут еще куколки в движении за героическую правду борются. Особенно в этом преуспевает, быстро растет и прогрессирует младший брат телевизора – компьютер. В компьютерных играх куклами можно манипулировать (в заданных направлениях), дано посильно соображать по степеням трудности, можно нечто преодолевать, продвигаться на высшие уровни иерархической лестницы достижений, испытывать радость победы или досадовать при поражении. В укор жестокой реальной жизни компьютерный «бог» запрограммирован выдать хоть 8, хоть 10 жизней. Плыви в отстой, полулежа дави «мышь», играй в героя.

«Сапер», конечно, ошибается один раз в жизни, но игру можно повторить сначала. Интеллектуальные игры типа «Цивилизации» в юном возрасте кажутся громоздкими, скучными, быстро надоедают. Глупой младости больше импонирует «Герой меча и магии» — вот где можно колоть и жечь с передыхом для восстановления здоровья, будоражить агрессивность, втягиваться в мистику.

Владельцы интернет-кафе с выгодой для себя организуют командные рекламные бои. На диких инстинктах и примитивных программах виртуальных драк зарабатывают немалые, реальные деньги. А малолетние игроки теряют зрение, становятся невротиками и психопатами. Рассказывают печальный случай о том, как «сдвинутый» компьютерный игрок переходя улицу увидел, что на него мчится автомобиль. Не убежал, а начал дергать рукой, чтобы надавить на «мышь» и устранить помеху – так объяснял, лежа в гипсе.

Многим игра с компьютером становится привлекательней реальной жизни. Страсти в наивных душах при компьютерной игре развиваются не шуточные, но и не смертельно опасные. Во всяком случае – игра по правилам. С компьютером можно договориться, не то, что со строптивой девчонкой или с нагло жаждущим верховодить соперником. Волнует азарт борьбы, убийство кулаком, ногой, мечом, копьем или дубиной под звуки гулких ударов и победной музыки! Выстрелы из суперсовременного оружия, бомбометание, ракетные удары, сжигание врагов огнем магии, чудесное исцеление и пополнение магических сил! И все это — всего лишь легким давлением указательного пальца на кнопку послушно бегающей «мыши». Ужас, как волнительно!

Ликование победы хорошо запоминается. Всякая приятная эмоция требует повторения с увеличением «дозы счастья». Повторение всяких приятных эмоций формирует пристрастие, сопровождающееся в организме бурными гормональными, биохимическими, психологическими и физиологическими сдвигами. При этом в организм «ведрами» выделяется адреналин и выплывают эндорфины – вещества, подобные морфию. Ужасно приятные ураганы повторных страстей сотрясают тело и душу, пока есть энергия (иногда до последней капли еле теплящихся жизненных сил). Многие мечтают умереть в любимом процессе, радуются, что «будет вспоминать о чем», когда «придет пора испустить дух».

Циклически повторяющиеся влечения при подкреплении действиями вырастают во многие разновидности невроза навязчивых состояний. К таким состояниям относится, например, нервная булимия (навязчивое желания объедаться, вызывать рвоту и снова есть). Расстройства сексуального предпочтения (в частности, «сексомания» с извращениями), пиромания (влечение к поджегам), клептомания (бесполезное воровство) и др. формируются при повторных подкреплениях. Психологическая зависимость от наркотиков усиливается тоже подобным образом. Патологическая склонность к азартным играм (азартная «игромания») также результат повторного перерастания влечений в привычку. Во что играть — дело индивидуальное. Главное – могучая, всепоглощающая страсть, которая ломала жизнь многим, даже выдающимся людям. Сколько богатых имений, огромных капиталов, любимых жен проиграно в карты! Великий писатель-психолог Ф.М. Достоевский проигрывался в пух и прах и умолял жену еще, (побыстрее!) добыть денег.

И в наше «просвещенное» время, множественные казино лихо выворачивают «лопаты» и карманы многим богачам, в том числе и «новым русским». «Однорукие бандиты», «Джеки Поты» — игральные автоматы с компьютерной начинкой – грабят многих более мелких, но интенсивно пристрастившихся авантюристов по всему «цивилизованному» миру. Спрос большой, если так много игральных автоматов понаутыкано при входах в метро, в магазинах и в других злачных местах. Конечно, авантюрные пристрастия в некоторой мере являются следствием возможно врожденной умственной отсталости с нарушением поведения, но часто это также результат воспитательной недоработки родителей, семьи, родственников.

Без индивидуальной разъяснительной и воспитательной работы родителям не обойтись. Но не обойтись и без коллективных усилий в «войне» за социальный порядок, моду, достаточный уровень и объем культуры. За святое дело многие методы борьбы необходимы. Как не обсудить отклоняющееся поведение подростков с более опытными родителями, объединенными общими проблемами? Но для эффективной борьбы за психическое здоровье и благополучие детей не обойтись и без объединения с другими здравомыслящими общественными и политическими объединениями. Коллективные письма в законодательные и правительственные органы игнорировать труднее, чем индивидуальные, особенно если правильно организован политический резонанс.

Нельзя не заниматься политикой, ибо политика еще наглее займется нами. Выходит, что социология и политика не могут быть чуждыми для семьи (особенно многодетной), иначе семейная политика и далее останется чужой и вредной. Почему до сих пор наша социальная политика страдает «детской болезнью левизны»? Не пора ли избрать в Думу хотя бы несколько толковых, многодетных отцов и матерей?

НЕЖИВАЯ СРЕДА ОБИТАНИЯ: КАРТИНКИ С ВЫСТАВКИ.
Артем Ермаков, 22.06.01

Осуществленье всех культурных грез:
Гудят столбы, звенят антенны, токи
Стремят в пространство звуки и слова,
Разносит молния декреты и указы
Полиции, правительства и бирж —
Но ни единой мысли человека
Не проскользнет по чутким проводам.

Максимилиан Волошин

Писать о технических объектах и технологических процессах, плотным кольцом окружающих современного ребенка, — дело не слишком благодарное. Пока статья выйдет в свет, официальные нормативы технического оснащения школьных классов могут смениться дважды, если не трижды. Что же до аналогичного домашнего окружения, то сумма его вариантов и комбинаций во много раз превышает количество научно-фантастических романов, издающихся сегодня. Если кому-то кажется, что для решения проблемы взаимоотношений его ребенка с техническим миром достаточно найти пределы разумного пользования компьютером, телевизором, магнитофоном и другой бытовой техникой, то он ошибается. Вообще, термин «пользование» в этом случае давным-давно пора заменить словом «сотрудничество» или даже «сосуществование». Хотим мы этого или нет, но технические средства обучения давно уже перестали быть набором послушных человеку предметов. Они вошли в среду нашего обитания наряду с комарами, деревьями и воздухом. Они стали частью той реальности, что встречает человека при рождении и готова сопровождать его до самой смерти, а, возможно, и дальше. Не верите? Тогда смотрите сами.

Картинка первая
ДИВЕРСАНТЫ В КОЛЫБЕЛИ
Недавно, я гостил в одной очень серьезно верующей семье, на первый взгляд, круто отмежевавшейся от искушения электроникой и психотехникой. Компьютер и телевизор отсутствовали, в принципе. От подаренной родственниками микроволновой печи молодые супруги шарахались, как от холерного барака. Читать, считать, писать или говорить по-испански семимесячного младенца, слава Богу, никто не учил. И все же именно из его кроватки я извлек игрушки, поведение которых привело меня в неописуемый ужас. Первой была утка. Самая обычная мягкая игрушка из обшитого синтетикой поролона. Но дело было совсем не в ткани. Утка крякала. Крякала, надо сказать, на совесть. Спрятанный глубоко внутри динамик издавал звуки, которых не постыдилось бы любое подмосковное болото. Родители весело и гордо махали ей перед носом своего дитяти, нисколько не задумываясь о том, что, таким образом, они не только лишают его радости будущего открытия настоящего живого утиного крика, но и возможно готовят почву для сравнения русской природы с диковинной тайваньской механикой. Сравнения, очень может быть, не в пользу отечественной реальности. Хотя (давайте задумаемся об этом сразу) домашняя механическая утка в наше время вполне может показаться реальнее дикой.

Но впечатления от утки, а следом и весь белый свет померкли в моих глазах, когда вслед за ней из кроватки достали курицу. Патентованную курицу для стимуляции нервной системы, а также других систем детского организма: зрительной, слуховой, вкусовой, осязательной (насчет обоняния я не очень уверен; по моему, она все же ничем не пахла)… Курицу, которая имела несколько режимов кудахтанья и поблескивания красными глазами, напоминавшими мигалки ГИБДД, а также гремела, хрустела, скрипела, шелестела разными членами своей поролоновой фигуры, развивая «богатство тактильных ощущений». Напоследок, она изрыгнула из своего чрева (сегодняшние игрушки обзавелись и таким внутренним органом) маленькое бежевое яйцо.

— Ну, а это-то зачем?!

Счастливые родители поспешили замять мою непонятливость и наперебой начали объяснять, что такая деталь не только придает игрушке «достоверность», но и приучает ребенка с малых лет «целомудренно» и спокойно размышлять о процессах размножения живых организмов.

Пораженный увиденным, я, к сожалению, соображал довольно туго и лишь невнятно возражал, что одно и то же тряпичное яйцо на веревочке, которое можно вынимать и запихивать в недра курицы бесконечное количество раз, никак не способствует правильному изучению биологии. Мысль о том, что столь практическое изучение этой науки в раннем возрасте не так уж обязательно, пришла мне в голову уже позднее. Кстати, как и мысль о сомнительных достоинствах «достоверных» игрушек. Ведь если буквально следовать этому принципу, то любой пистолетик должен стрелять (желательно боевыми патронами), а любой паровозик — жечь в топке уголь и возить пассажиров (желательно на Павелецкий вокзал). В конце концов, не легче ли подарить ребенку настоящую курицу (или револьвер), чем так изощренно добиваться «жизненной правды» в игре, которая все-таки должна чем-то отличаться от «настоящей» жизни?

Некоторым читателям, может показаться, что я давно отклонился от поставленной темы и слишком увлекся, описывая свои переживания в гостях. В конце концов, каждый взрослый, а потом и каждый ребенок выбирает себе игрушки по своему произволу, и ограничивать их выбор бессмысленно. Но ведь описанные мной утка и курица совсем не простые игрушки. Скорее, их (особенно курицу) можно назвать развивающими пособиями или обучающими тренажерами. Причем довольно несовершенными и безобидными. Сегодня рынок наводнен куда более эмоционально агрессивными изделиями такого рода. Вспомним хотя бы игровые приставки типа SEGA или электронных животных-«тамагочи».

По большому счету, и это — вчерашний день. Российские глянцевые журналы для родителей уже наперебой размещают рекламу некоего обаятельного чудовища (назовем его, к примеру, ОНО, правду сказать, его настоящее имя не очень-то казистее), которое «реагирует на все действия ребенка и может общаться с ним». Представьте себе, как это маленькое ушастое гибридное скрещение совенка с нетопырем для начала спрашивает имя нового хозяина, к месту или не к месту повторяя его все последующее время. Потом ОНО также будет повторять и другие услышанные слова. Еще ОНО «любит петь и ЕГО можно научить петь любую песенку». К тому же ЕМУ «нравится, когда его гладят по животику или спинке, и тогда ОНО очень забавно урчит». ОНО «реагирует на свет и засыпает когда темно». А вот, похоже, и главная разгадка ЕГО привлекательности: «если Вы заняты работой, то ОНО умолкнет, но стоит позвать его, как ОНО очнется и заговорит с Вами».

Зачем ребенку может понадобиться такое дружески настроенное существо, и что ОНО может дать человеку, вступающему в жизнь, в отличие от выходящих из моды «друзей человека»? Что, кроме бытовой стерильности отличает ЕГО от домашних животных? Некоторые «прогрессивные» родители уверяли меня, что котенок и щенок не умеют разговаривать с детьми (что, между прочим, никогда не мешало детям самим говорить с котятами). Утверждение вполне сродни тому, что искусственная утка лучше крякает. Даже если это так, все эти электронно-меховые «друзья», входя в жизнь наших детей, занимают в ней не только собачье место. Чье еще? Друзей, сестер, братьев, родителей?.. А, может быть, место живых существ, вообще? Полностью оккупировать его нашим новым «друзьям», конечно, не под силу. Но вот немного потесниться и уступить им нам, видимо, придется. Хотя, что значит «немного»? И кому «им»?

Картинка вторая
ПОТЕРЯННАЯ РЕЧЬ

С кем, вообще, чаще всего общается современный городской ребенок, особенно дошкольник? С кем он говорит? С другими детьми? Только если он ходит в детский сад (что может позволить себе не более 20% населения), постоянно и свободно гуляет на улице (около 50% городских детей), часто бывает в гостях у соседей или родственников, у которых есть дети, или, наконец, сам живет в большой многодетной семье. Общение с посторонними, но не совсем чужими взрослыми, которому так способствовали прежние общежития, коммуналки или замкнутые «дворы», сейчас становится невозможным, в принципе. Во-первых, чужими стали почти все окружающие. Во-вторых, к детям стали проявлять особенный интерес маньяки, бандиты, наркоторговцы, бомжи… А в-третьих, большинство взрослых интерес к «посторонним детям» потеряло напрочь. Все заняты, все работают. Остаются наемные няни и воспитатели (редкая экзотика) добрые бабушки и дедушки (вымирающий вид), ну и родители, разумеется.

Некоторым проблемам общения в современной семье была посвящена моя предыдущая статья «И принц, и нищий» («Школьное обозрение» №5/2000). Не возвращаясь к ней, хочу еще раз отметить, что современные родители не просто не имеют достаточно времени, чтобы по душам разговаривать с ребенком. Часто они даже не знают толком, как и зачем это делается. Много ли матерей сегодня умеют петь, например, колыбельные песни? Мне самому в детстве пели «Гренаду» и «Черного ворона». Но я знаю семьи, где давным-давно, вообще, ничего не поют, а ставят пластинку, кассету, диск или достают из коробки ЕГО (вы еще не забыли, кто у нас может «петь любые песенки»?). Детям чуть постарше включают телевизор или видеомагнитофон (хорошо еще, если на кассете окажутся мультфильмы, а не ужасы или эротика). Дети еще постарше включают их сами. Потом добавляются телефон, плеер, компьютер…

В такой обстановке дискуссия на тему «Границы применимости обучающих машин в средней школе» выглядит надуманной. Ребенок, с малых лет растущий и развивающийся в окружении электронных голосов и мерцающих призраков, сам привычно определяет эти границы. Техника учит его всему. И не надо обольщаться, что техническую среду общения создают люди. Неизвестно еще, кто кого создает, по крайней мере, последние лет тридцать. Лучшим примером этого, может быть, постепенное исчезновение или, как теперь принято говорить, «отмирание» человеческой речи.

Процесс этот, только еще набирающий обороты в России, в Европе и Америке уже давным-давно стал серьезной проблемой. Около двадцати лет назад в Германии количество детей с нарушениями речевой и слуховой способности не превышало 4%. Но в 1988-92 детский врач из Майнца Манфред Хайнеманн обнаружил, что среди трех-четырехлетних малышей процент речевых нарушений приближается к 25. Сегодня этот показатель вырос еще на 20%. Почти половина немецких детей не умеет нормально разговаривать. Да и не только немецких. В 1996 году в начальных школах Великобритании запустили специальную программу, обучающую первоклассников спрашивать дорогу и здороваться. Агентства социального страхования в той же Германии настолько озабочены ростом специальных логопедических школ, что на собственные средства выпустили книгу «Поговори со мной!» Тема более чем актуальная, ведь средняя европейская мать тратит на разговоры со своим ребенком 12 минут в день.

Пятнадцатистраничная брошюра Райнера Патцлаффа «Детство умолкает», изданная на ту же тему у нас, конечно, не может подробно описать все особенности проблемы утраты речи, но суть ее объясняет довольно ясно. «Языковедение привыкло видеть в речи человека не что иное, как средство передачи информации от «передатчика» к «приемнику». Однако у такого понимания, возникшего уже в XIX столетии, есть серьезные последствия. Если речь идет только о содержании, которое нужно передать, то… информация может достичь цели при помощи различных средств — письма, знаков, образов, жестов… Но для ребенка, которому предстоит освоиться с миром речи, ни в коей мере не безразлична среда. Ведь только благодаря обращенному к нему слову он может стать человеком в истинном смысле слова», ? пишет Патцлафф.

Речь — это, прежде всего, искусство движения. «Прежде, чем маленькому ребенку удастся сформулировать одно единственное предложение, ему необходимо научиться владеть в совершенстве более ста мышцами, участвующими в процессе речи и координировать их». Один из главных теоретиков кинесики (науки о движениях человеческого организма), американский ученый Кондон не так давно впервые описал удивительную синхронность движений всех частей тела говорящего и слушающего, напоминающую «изящный и плавный танец». Некоторые ученые предполагают. Что эти движения стимулируют не только мышечную активность или мелкую моторику конечностей, но и правильный рост скелета, а также активность коры головного мозга. Все эти факты приведены здесь для того, чтобы можно было наглядно представить, чего ежедневно лишает ребенка наша аудиовизуальная техника, которая, в то же время, несомненно, сообщает ему массу интересной и полезной информации.

Сторонники введения цензуры СМИ и ежедневного появления Пушкина на телевидении и Чайковского на радио должны осознать, что русская классика сохраняет свой воспитывающий, гармонизирующий человека потенциал только тогда, когда передается «по старинке», то есть из уст в уста. Составителям многочисленных сегодня фонохрестоматий и мультимедийных учебников для детей до 8 лет тоже не мешало бы запомнить это. Иначе никакие оцифрованные шедевры мировой культуры не спасут обездвиженный и потерявший речь

Картинка третья
МЕТАМОРФОЗЫ ТЕЛА

Впрочем, только ли разум? Ведь младенец, сидящий перед экраном или монитором, в принципе нерасположен к активному движению. У него бегают, разве что, глаза.

То же самое можно сказать и о школьнике, ежедневно проводящем за партой пять-шесть (виноват, уже семь-девять) часов. Винить в этом современную технологическую среду не стоит. Парта ? слишком давнее и древнее изобретение, а классно-урочной системе вот-вот исполнится четыреста лет. Однако в свое время эта система также рассматривалась, как обучающая технология, причем, довольно передовая (см. Школьное обозрение №4/2000). Она, между прочим, как никакая другая социальная реформа, подготовила строительную площадку для возникновения индустриального общества, и была надежной базой этого общества на всем протяжении его истории. Частично обездвижив ребенка, она, тем не менее, сохранила за ним ряд базовых физических навыков, а также привила несколько новых. В первую очередь, ручное письмо, отмирающее сейчас под напором разного рода устройств механического ввода электронных данных.

Вся предшествующая картинка нужна была мне не столько для того, чтобы напугать читателей перспективой исчезновения речи, сколько для напоминания непреходящей роли движения в развитии человека. Массовый российский читатель должно быть уже подзабыл классическую работу Энгельса «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека». Можно не разделять эволюционистские взгляды ее автора, но с тем, что облик человечества действительно зависит от характера физических движений присущих ему, как биологическому виду, трудно не согласиться. Так или иначе, но мы ? люди, потому что используем для ходьбы две нижних конечности, и производим различные манипуляции с предметами при помощи двух верхних. Множество других, куда более мелких движений, гарантирующих каждому из нас выживание и самообеспечение, составляют наш образ жизни и формируют наш образ мыслей.

Прежде характер этих движений в значительной степени зависел от естественной среды обитания. Однако многие люди всегда стремились вырваться за пределы существования, положенные природой (а возможно, и Богом, но сейчас мы не обсуждаем этот вопрос), изменить первоначальную среду обитания таким образом, чтобы как можно меньше зависеть от нее. Неизвестно, знали они или нет, что это неминуемо повлечет изменения в их сознании, а потом и во внешнем облике. Мы сейчас это знаем. Знаем мы также и то, что независимость от природы оборачивается зависимостью от вновь созданной искусственной среды. Что характер наших физических движений в этой среде столько же зависит от наших потребностей и желаний, сколько диктуется ее особенностями (не побежит ведь никто, в самом деле, через оживленную десятиполосную автомагистраль, как бы он не спешил).

Какое отношение это имеет к школе и к обучению? Дело в том, что до самого последнего времени физические движения ребенка оставались, в каком то смысле, неприкосновенным запасом человечества. На отведенном ему пространстве (комната, квартира, подъезд, двор, улица…) он передвигался свободно и относительно естественно, будучи ограничен только возможностями своего возраста и социальным статусом родителей. Общественные системы обучения или профессиональная деятельность ограничивали и регулировали его активность в том возрасте (7-10 лет), когда его организм был уже так или иначе оформлен. При этом резкое обездвиживание в начальной школе все равно было чревато психологической (а иногда и физиологической) травмой.

В сегодняшних условиях, когда технологическая среда подошла к самому порогу детской и буквально врывается в колыбель, речь должна идти уже не о травме, а о мутации (стойком изменении наследственных структур организма). Мало ставить вопрос, каким будет ребенок, сформировавшийся в условиях ограниченного движения и человеческого общения в закрытом пространстве? Нужно еще понять, кем он будет?

А теперь, маленькая иллюстрация ко всему сказанному. Года четыре назад мне довелось побывать в одном маленьком городке. Уровень технического оснащения, построенной там школы был необычайно высок. Впрочем, судите сами.

«Когда вдруг выходишь к оранжевому зданию, путаясь в узких извивающихся улочках, заставленных полуразвалившимися деревянными избами, кажется, что впереди возникает мираж. Оно похоже не на школу, а скорее на межпланетную станцию, приземлившуюся в райцентре на несколько минут и готовую улететь обратно в космос по первой команде сверху. Ощущение космической станции остается и внутри, когда в полуобморочном состоянии проходишь по классам. Люминесцентные лампы, кафельные полы с вентиляцией и подогревом, видеокамеры наружного и внутреннего наблюдения. Школьное кабельное телевидение. В каждом классе видеодвойка и музыкальный центр. Бассейн (их всего три в области) с подогревом и американской системой очистки воды. Тренажерный зал. Три буфета, два спортзала. Спортивных площадок на улице тоже две. Микроволновые печи в кабинете кулинарии, швейные и стиральные машины Bosch — в «трудах», лазерный графопостроитель — в черчении, электронные каталоги — в библиотеке. Зимний сад. Видеокомната. Спутниковая приемо-передающая(!) антенна. Фотолаборатория. Пресс-центр. Кинозал. Всюду проникающий Интернет. Компьютерных сетей несколько. Серверов, к которым стекается вся информация в здании школы (чуть было не сказал «на борту станции»), целых два, и предусмотрена возможность постановки еще четырех. Все программное обеспечение лицензионное. Не хватает, правда, штатного программиста, и техника по вентиляционной системе, но мало ли какие должности еще можно придумать от такого богатства. Больше всего внутришкольное пространство напомнило кадры из фильма «Вавилон-5″. Так и хочется, чтобы откуда-то из-за угла вышли инопланетяне, которые всем здесь и владеют». Странное ощущение иноприродного бытия этой школы, пережитое тогда, живет во мне и сегодня. Оно не уходит даже тогда, когда я вспоминаю, лица учившихся там детей. Но мне показалась удивительной не столько техника, сколько сама атмосфера, созданная ей и вокруг нее. Тогда я сравнил эту школу с космической станцией будущего. Теперь я мог бы подобрать иное сравнение. Она похожа на храм. Осталось только понять, кому и зачем там молятся.

Картинка четвертая
БОГ ИЗ МАШИНЫ

Эта картинка не связана непосредственно со школой или с детьми. Но к ней, как мне кажется, должны приглядеться все те, кто громогласно возвещает необходимость образовательных реформ, и пытается напрямую включить школу в мировую систему коммуникаций. Не лучше ли прежде посмотреть, как изменяются люди, попавшие в сферу влияния новых информационных технологий.

Это выглядит странно, но и в самом деле способы, разработанные нами для того, чтобы сохранить наши знания и облегчить к ним доступ, технические средства, призванные ускорить и разнообразить наше общение, превратились в свою противоположность. Сегодня они составляют единую расширяющуюся и устойчивую к внешним воздействиям среду. Разумеется, нельзя сказать, что эта среда независима от нас. Наоборот, только мы поддерживаем ее работу и развитие. Она растет благодаря нам. Тем больше она агрессивна по отношению к каждому из нас.

Довольно трудно сразу понять, что такое — коммуникационная среда. Это может увести нас в глубокие философские дебри. Чтобы увидеть ее, нам нужно ощутить, как изменились наши чувства. Как наши грезы вдруг стали реальны. Как что-то чуждое человеку, но вместе с тем привычное и даже приятное давит на нас извне. Те, кто называет источником такого давления кино, телевидение, радио, газеты, популярную литературу и музыку не так уж далеки от истины. Все эти средства массовой информации в сочетании с компьютерными, телефонными и транспортными сетями способны управлять, и управляют общественным мнением. Ежедневно обрушивая на человека лавину бессвязных и бессмысленных сведений, они возбуждают все наши чувства, не позволяя реально удовлетворить ни одного из них, и таким образом активно воздействуют на наше сознание и подсознание. Нас призывают голосовать и покупать. Нас учат любить и ненавидеть. Нам обещают показать все, что есть в этом мире, а также то, чего в нем нет, в обмен на то, что мы не сдвинемся с места.

И все же было бы глупо обвинять во всех наших бедах руководство телекомпаний или редакции газет. Политическая борьба за переход средств массовой информации из одних рук в другие — пустая трата времени. Последние сто лет она всегда приводила только к росту влияния коммуникационной среды. Нужно выбросить из головы сказку о банде злодеев, управляющих миром при помощи техники. Сомневаюсь, что мы вообще имеем дело с людьми. В любом случае, политики и ученые, инженеры и журналисты — такие же заложники системы коммуникаций, как и мы. Ни один из них не решится остановить механизмы, работой которых он «управляет». Да и вряд ли кто-нибудь знает, как это можно сделать. Коммуникационная среда давно уже задает правила игры и своим владыкам, и своим рабам.

До недавнего времени правила были таковы. Система коммуникаций позволяет нам желать чего-то и выполняет эти желания. В обмен на исполненные мечты мы обслуживаем систему и помогаем ей развиваться. Теперь игра стала более жесткой. Коммуникационная среда уже сама диктует нам: что и как мы должны от нее желать. Рекламные ролики часто предлагают нам не только пути решения наших проблем, но и сами проблемы. Возможно, недалеко то время, когда система потребует от каждого из нас еще большего самоотречения.

Стоит еще раз повторить, хотя коммуникационная среда рождается при помощи техники, созданной людьми, ее нельзя уничтожить, заменив людей или разрушив технику. Она не является также самостоятельной духовной или мистической силой. Вся сила, с которой она воздействует на нас, — результат нашей собственной работы, как физической, так и душевной. Поэтому простое выключение телевизора или отказ от пользования телефоном даст нам не так уж много свободы. Наше сознание и наше тело будут по-прежнему требовать привычной нагрузки.

Техника сама по себе не способна создать коммуникационную среду, а тем более поработить нас. Но мы сами, без техники успешно воспроизводим эту среду при помощи медитации, психического самовозбуждения, неограниченной сексуальности, наркотиков, алкоголя и даже курения. Моральные запреты на них в христианском обществе отнюдь не случайны. Все эти средства первоначально тоже использовались древними языческими народами для «пробуждения сознания» и «способствовали общению». Но древние знали меру. Сейчас коммуникационные технологии вышли из-под контроля и стали самостоятельной силой. Они отделяют нас друг от друга и сводят с ума поодиночке.

Сила коммуникационной среды, в конечном счете, и состоит в этой способности разделять нас, поместив каждого в отдельный мир. Дарить всякому свою вселенную, в которой он может вообразить себя кем угодно, не оглядываясь на окружающих. Наше сознание жаждет грез. Презрение к окружающей земной жизни уводит нас из общего мира в параллельный или виртуальный. Но наши чувства обычно слишком быстро возвращают нас к реальности. Вот здесь коммуникационная среда и приходит нам «на помощь», связывая наши чувства, не позволяя им вернуться. Сознание не перестает грезить и способно заплатить за эти грезы любую цену.

Кроме того, система коммуникаций способна на время избавить нас от одиночества, но лишь на том условии, что все наши контакты с внешним миром и с другими людьми будут происходить через нее. Любой из нас ежедневно встречается с огромным количеством людей. Но при этих встречах почти всегда незримо присутствует кто-то третий, не человек. Иногда это музыкальный фон, иногда движущиеся картины, иногда ритмичные движения и тому подобное, вплоть до совместного опьянения скоростью автомобиля или азартной игрой. Подталкивая нас к такому «общению», коммуникационная среда еще больше разобщает нас. Мы похожи на людей, старательно надувающих огромный шар, надеясь стать ближе друг другу. Но чем больше поверхность шара, тем меньше мы видим и знаем.

Пятую картинку я хотел посвятить описанию глобальных поисковых систем и размышлениям об их роли в современном образовании, но вовремя остановился. Во-первых, тема Интернета в школе сама по себе слишком серьезна, чтобы касаться ее вскользь. А во-вторых, его мощное вторжение на российский образовательный рынок началось слишком недавно и до сих пор носит, в основном, рекламный характер. Серьезно обсуждать итоги и последствия этого вторжения можно будет только тогда, когда мы столкнемся с первым поколением людей, выросшим «в сети» (или «в сетях»?). А до этого времени, можно лишь наблюдать и задавать вопросы.

Кстати, один такой вопрос уже несколько лет не дает мне покоя. Он связан с поведением людей, постоянно, как они сами выражаются, «сидящих» в Интернете. Почему удерживающее их перед экраном эмоциональное напряжение в наибольшей степени обостряется в моменты поиска данных (то есть тогда, когда они сидят перед экраном практически «вхолостую»; ведь информация еще отсутствует) и стремительно падает после удовлетворения очередного запроса (когда вроде бы должна начинаться работа с данными)? Значит ли это, что Интернет реально необходим большинству людей затем, чтобы искать знания, а не затем, чтобы получать их? Или это вовсе ничего не значит, и мне просто попадались слишком легко возбудимые люди? Все это и еще многое другое только предстоит выяснить.

Ну, и напоследок, не откажу себе в удовольствии черкнуть пару строк об эволюции «достоверных» кур. Одна из них попалась мне на глаза буквально, сегодня. «Интерактивная игрушка нового поколения! Рожает и говорит по-русски!!!» ? гласила реклама в одном из центральных детских магазинов Москвы. Как видите, этот вид неживых существ уже довольно далеко ушел в своем развитии. Она свободно «разговаривает и поет, вращает глазами, пританцовывает, ее можно покормить(!) цветочками(?), антеннки на ее голове светятся. Любите ее, играйте с ней, разговаривайте, ласкайте, — и она подарит вам маленького цыпленочка, а может даже и близнецов!.. Курица может повторять рождение. Для этого просто необходимо перезагрузить программу, нажав на клавишу «Повторное рождение» в основании игрушки».

Бедные живые существа! Как они устарели…

(304)

2 комментариев к “В помощь взрослым

  1. Огромное спасибо за сведения и знания, которыми делится с людьми ваш сайт.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *